Конец Рублевки: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Сори, мамо. Вечером пакую чемодан, завтра отчаливаю в Египет.

Отговорка Алину не убедила. Она твердо намеревалась выпытать у подруги побольше любопытных деталей и о покушении, и о загадочном Агееве.

– Я к тебе подскочу домой часиков в девять. Жди.

Летова не стала сопротивляться. От душевного разговора немного полегчало. Можно и работой заняться. Но сперва – срочно наведаться в магазин по продаже средств самообороны. Благо, он в трех кварталах от офиса.

Рубиновая жидкость в белой фарфоровой чашке источала тонкий кисловатый аромат. Марина помешала ложечкой, чтобы лепестки суданской розы опустились на донышко. Она любила каркадэ. Ко всем остальным сортам чая относилась прохладно, а кофе отвергала как факт. Для Алины, обожавшей крепкий напиток, нашелся пакетик растворимого кофе столетней давности. Подруга повздыхала, но не отказалась. Она сидела на диване в гостиной, на том же месте, где вчера сидел Агеев. Летова куснула губу: несколько часов назад он прилетел в Магадан и в данную минуту, скорее всего, спит. Прибавила к московскому времени восемь часов. Да, спит. На Колыме сейчас шесть утра.

– Алле, Марисабель. Ты где витаешь? Твоя мобила звонит, – Алина окликнула приятельницу. Та взяла телефон и вышла на кухню, прикрыв за собой дверь.

– Тимур! Привет.

– Моя звезда не забыла, как меня зовут? Благая весть, – в ироничном тоне Адамова чудилась легкая озадаченность.

– Так я угадала? А ведь сказала первое пришедшее на ум имя!

– Само провидение вложило мое имя в твои уста, – парировал мужчина.

– Видимо, я должна извиниться за то, что не брала трубки. Но если честно, совершенно не хочется, – отбросила лукавство девушка. – Просто была занята.

– Аминь. Если не хочется, не утруждайся.

– Ты как? – спросила без особого интереса.

– Я не видел тебя несколько дней и желал бы исправить подобное упущение. Какой ресторан тебе наиболее симпатичен в это время суток?

– Скажу об этом через неделю, когда вернусь из отпуска.

Адамов придал голосу траурные интонации:

– Какой удар! Я надеялся увидеть тебя сегодня.

– Утопи свое горе в вине.

– Утопленники – не моя специализация.

– Ах да… Из утопленников не выкачаешь денег, – съязвила Летова, хотя и уважала умение Тимура зарабатывать. Мужчина не обиделся, ибо привык к ее колкостям, лишенным обличительных мотивов, и носившим сугубо лингвистический характер.

Поговорили еще пять минут. Адамов пожелал любовнице приятного отдыха, а та, в свою очередь, пожелала кавалеру плодотворно поработать. На том и закончили. Вернулась в комнату. Подруга уже допила кофе и листала глянцевый журнал.

– Так на чем мы остановились? – запрыгнула на диван, поджала ноги.

Алина напомнила:

– Ты грозилась развить тему, которую упомянула лишь вскользь. Итак, что за фотограф?

Марина устало отмахнулась. С самого утра ее преследовал навязчивый образ голубоглазого парня с ямочкой на массивном подбородке. Ей едва удалось направить свои мысли в иное русло, с грехом пополам концентрируясь на скором выпуске «Арктики». Днем она звонила Вадиму, чтобы сообщить: на сей раз альбом действительно выйдет в положенный срок. К сожалению, других новостей пока не имелось: арт-директор Илья еще не вернулся из Голландии, поэтому вопрос о выступлении ребят в одном из клубов на юге России затягивался. Пиарщик, задолжавший генеральному продюсеру «Холидей Рекордс» ответную услугу, тоже молчал, попросив несколько дней на раздумья. Да и от Павловского, программного директора радио «Оп-па Плюс», вестей не было. Летова очень надеялась, что это затишье перед бурей.

Приятная озабоченность судьбой «Арктики» отодвигала воспоминания об Агееве на второй план, хотя и не стирала их. Недавно в научном журнале Марина прочитала любопытную статью, в которой утверждалось, что память никогда не бывает точной копией прошлого. Воспоминание – это не повторное воспроизведение (или прохождение нервного импульса по одним и тем же местам и связям, как ранее считали нейробиологи), а творческая реконструкция, попытка заново пережить то, что когда-то было ощущением. Фактически, старая информация в мозге «переписывается», и часть ее как будто «затирается» новой. Таким образом, если не подпитываться свежими ощущениями, вызванными определенным объектом или явлением, со временем воспоминание станет значительно отличаться от оригинала.

Девушка усмехнулась. Наверное, уже сейчас она представляет себе Агеева несколько иначе, чем он является в реальности. Через месяц-другой его образ окончательно деформируется, а потом и вовсе исчезнет. Она ведь не собирается вступать с парнем в виртуальную переписку, обмениваться фотографиями или названивать просто для того, чтобы услышать голос. Его голос. Такой низкий и мягкий…

– Лучше расскажи о своих победах на личном фронте.

Алина театрально вздохнула:

– На личном фронте без перемен. Побеждать бы рада, да некого. Да и меня побеждать тоже охотников нет.