– Мел… – Он помешкал, сбитый с толку вызывающим блеском ее глаз. Эти глаза обычно выражали нечто совсем иное… «Я так рада тебе. Ты самый замечательный!», например. Тони до боли хотелось снова увидеть в них это выражение. Но его ждало разочарование.
Сэмюель Сэндс уселся за стол и придвинул к себе кофе и газету. А Мелоди продолжала стоять и смотреть на него так, словно ничуть не была ему рада.
– Не могли бы мы выйти куда-нибудь? – спросил он. – Нам необходимо обсудить кое-какие вопросы.
– Да, – произнесла она, не трогаясь с места. – Например, вопрос об уважении.
– То есть… – Что она, черт возьми, имеет в виду?
– У меня есть права.
– Ну, разумеется, есть.
– И еще у меня есть деньги.
– О… – Он несколько опомнился. Они с Мелоди поссорились из-за денег, которые значили так ничтожно мало по сравнению с ее уходом, что он о них полностью забыл.
– Есть вещи более важные, чем деньги. Я это понял прошлой ночью.
– Ты понял? – Прошлой ночью он наверняка узнал, что она переписала на него ферму, подумала Мелоди. – Пусть они у меня есть, главное – не сметь тратить их, так?
Черт, она все еще сердится из-за того опциона! Но нельзя винить ее. Он вел себя как психопат. Однако теперь он знал, что ничто на свете не имеет значения, кроме их любви. Ему хотелось сказать ей об этом, заставить ее понять…
– Мел, нам нужно поговорить.
– Я не собираюсь об этом говорить. Что сделано, то сделано. – Нравится ему это или нет, владелец фермы теперь он. – Тебе придется смириться. С этим покончено.
– Черта с два! – Он мгновенно пришел в неистовство. Это с их-то браком покончено? Вот как? – Нет, Мел, так не пойдет.
– Как угодно. Для меня это дело решенное.
– Ты не можешь утверждать это всерьез! Послушай меня!
Он шагнул к ней и услышал многозначительное покашливание Сэмюеля Сэндса. Тони совсем забыл о его существовании и теперь изумленно смотрел, как тот выдвигает стул.
– Садитесь. Хотите омлет? С помидорами и сыром. Мел, как выяснилось, отлично готовит.
– Нет! Нет, благодарю. – Чего ради этот человек говорит о каком-то омлете, когда вдребезги рушится вся его жизнь?
– Ну выпейте хотя бы кофе. Да присядьте же, Тони.
Тони? Неужели отец Мел назвал его по имени? И разговаривает он вполне дружелюбно. Можно подумать…
– Мел, дорогая, налей-ка мужу чашку кофе.
И тут Тони разглядел в его глазах веселые искорки. Сэмюель Сэндс просто развлекается! Он буквально пародирует слова самого Тони, сказанные им в то утро, когда отец Мел посетил их на ферме.
Тони взглянул на Мелоди. Та послушно взялась за кофейник. Черт возьми! Она снова стала покорной дочерью. И неужто все самые важные проблемы в его жизни должны решаться за кухонным столом? Перед публикой, которая насмехается над ним?
К черту все! Он с грохотом отодвинул от себя стул и ринулся прочь.
– Постойте! – крикнул отец Мелоди, вскакивая с места.
– Пусть уходит!
– Что? – Он резко обернулся к дочери. – Я полагал, ты хотела увидеться с ним.
– Нисколько.