Не далее как вчера мне уже давали подобные инструкции.
— Неужели это никогда не кончится? — жаловалась я, одновременно развивая максимальную скорость.
Через секунду луч лазера, опаливший траву чуть правее и дальше меня, наглядно продемонстрировал, что я вполне в состоянии перемещаться раза в два быстрее. На протяжении всей дистанции в голове крутилась мысль: а куда мы бежим? Повезло, ответ я получила раньше, чем выдохлась, — в стене распахнулась дверь, откуда показался Дмитрий.
— Сюда, скорей.
Мы ворвались внутрь и, заперев дверь, он помчался по коридору, не дав нам даже секундной передышки. В итоге нам удалось добраться до катера раньше противника, и меня практически впихнули в люк. Минуты через три появился Дмитрий в гордом одиночестве и принялся готовиться к взлету.
— А нас не подстрелят по дороге?
— Нет. Силовой щит этого катера достаточно мощный, да и возможности такой им не представится — мы все время будем в поле зрения радаров. Сначала базы, потом «Прометея».
— Хоть какое-то утешение.
Тут я замолчала, поскольку катер довольно резко оторвался от земли, и меня основательно вдавило в кресло. Хорошо, хоть это продолжалось недолго.
— Брр… Дмитрий, а сколько нам лететь до «Прометея»?
— Часов пять. Это не самая быстроходная, зато самая безопасная машина.
— Безопасная — это хорошо, — одобрила я. — Как вам кажется, кто пытался меня подстрелить?
— Довольно очевидно. Люди Артура, разумеется. Что он должен был делать, проснувшись и не обнаружив вас мирно дрыхнущей в кроватке?
— А как он меня нашел?
— Сложно ему было, — усмехнулся Дмитрий. — Куда вам надо? На «Прометей». Он где? В космосе. Вывод простой — немедленно лететь в космопорт и ждать. Им причем и ждать-то не пришлось.
— Повезло, нечего сказать, — констатировала я. — А вашему другу не грозит опасность?
— Нет. Он отоспится в здании до моего возвращения. А там, глядишь, все рассосется. Не будет же адмирал поощрять это безобразие.
— Есть у меня подозрение, что покушение на свою жизнь он сочтет чем-то большим, нежели просто безобразием, — рассудительно заметила я. — Дмитрий, расскажите мне об Этьене.
— Что вас интересует? — весело поинтересовался собеседник. — Любимое блюдо или девичья фамилия матери?
— В общем-то, все, — вздохнула я. — Но можете для начала осветить вопрос, зачем ему понадобилось захватывать в плен частную яхту и требовать выкуп.
— А он сам вам об этом не рассказывал?
— Я не спрашивала. Как-то времени подходящего не нашлось. — Я немного подредактировала имевшие место события.
Минут пять Дмитрий молчал, напряженно о чем-то размышляя. Потом, приняв решение, заговорил:
— Удивительно, вы первая девушка, которая интересуется чем-то, кроме внешности и должности Этьена. Уж не знаю, как он к вам относится, но… Расскажу, в общем. Отговаривал я его от этой затеи с выкупом долго. Жаль, не получилось.
— Так зачем ему деньги? В карты проиграл?
— Ничего подобного, — отрезал Дмитрий. — Значит, так. У нас это не поощряется, но многие, у кого есть семьи за пределами Эйкумены, поддерживают с ними связь. Иногда просто узнают, как дела. С месяц назад Этьен выяснил, что у его матери серьезные проблемы со здоровьем, и на лечение нужны деньги. Очень большие.
— Сколько?
— Около миллиона.
— Ох… А что с его мамой?
— Не знаю. Этого он мне не докладывал. Теперь, кстати, ваша очередь. Расскажите, что произошло с того момента, как Этьен претворил в жизнь свой идиотский план.