В паутине дней: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Так чего же вы хотите от меня в связи с этим – э-э – планом, миссис Ле Гранд?

– Вашего одобрения.

– Я одобряю его – более того, я знаю, что Лорели Ле Гранд желала этого, не скрою от вас, что у нее было такое же намерение, но она не смогла убедить мужа пойти на это… – Он замолк и бросил на меня задумчивый взгляд. – Не представляю, каким образом вам удалось добиться его согласия, миссис Ле Гранд.

Но я не собиралась раскрывать Стивену Перселлу (и никому другому) отвратительную тайну, которая помогла мне в этом, и, очевидно, по выражению моего лица или по поведению он догадался об этом, так как заговорил о другом.

– Может быть, – сказал он, – именно потому Лорели Ле Гранд решила передать все свои дела в ваши руки, что предвидела, что у вас хватит сил сделать то, что ей не удалось. И это справедливое решение. Сент-Клер безжалостно обирал бедную женщину – и лишил ее не только ее материального имущества, но и более важных вещей – любви ее ребенка и самоуважения. Да, это справедливо, что Семь Очагов будут сохранены для ее сына.

– Значит, мы с мистером Ле Грандом можем на следующей неделе явиться в вашу контору, чтобы заключить соглашение, сэр?

– В любой день, мадам.

Некоторое время мы сидели молча, затем он вдруг отбросил свой деловой тон и поднялся с учтивой границей южного джентльмена.

– Но хватит о делах, миссис Ле Гранд, позвольте налить вам вина. – Он подал мне стакан со старомодным поклоном. – Скажите, мадам, как ведут себя освобожденные негры? Я только и слышу сплошные жалобы на них.

Пока мы пили вино, я рассказывала ему, как Шем держит моих работников в руках, несмотря на северную пропаганду; а тем временем опустилась ночь, крещендо лягушачьего оркестра перешло в какую-то сумасшедшую симфонию, а из окна нам хорошо был виден трепетный танец мотыльков над цветущим садом.

Внизу, у лестницы, я передала ему зажженную свечу и пожелала спокойной ночи. Но он не сразу стал подниматься наверх. Он стоял на нижней ступеньке и смотрел на меня, и я заметила, что его лицо, которое во время нашей беседы светилось дружелюбием и мягкостью, снова стало серьезным.

– Я чувствую себя обязанным, миссис Ле Гранд, сказать вам еще одну вещь. – Его испытующий взгляд был устремлен на меня, а рукой он приглаживал седую копну волос. – Это касается вашего мужа.

Я смотрела на него в ожидании. Он ударил ладонью по перилам:

– Вот что. Вы представляете, что за характер у вашего – э-э – мужа?

– Думаю, что да, сэр.

– Вы знаете его с той стороны, с какой он известен мне? Знаете, что он никогда не уступает? Что добивается того, чего хочет, всеми правдами и неправдами? – Он улыбнулся и развел руками. – Видите ли, меня удивляет его готовность заложить Семь Очагов за состояние своего сына? Это на него не похоже.

Я медленно проговорила:

– Он потому это делает, сэр, – я не смогла сдержать неумолимого тона, – что не способен обеспечить себя сам.

Секунду он смотрел на меня задумчиво, полуулыбаясь, полусерьезно:

– Не очень приятная миссия – предупреждать женщину о ее муже…

– В этом нет необходимости, сэр, – заверила я его.

Он все же не двинулся:

– Так же, как, – осторожно продолжил он, – предупреждать ее о ней самой.

Я с удивлением переспросила:

– Обо мне самой?

– Когда-нибудь, миссис Ле Гранд, медицинская наука придумает название болезни, которой поражены такие люди, как ваш муж, которые считают, что они выше закона и Бога, для которых деньги и материальные ценности превыше всех человеческих обязательств. Она подкрадывается и незаметно поражает в самый неожиданный момент.

Я не понимала, к чему он ведет, и ждала, что он скажет дальше.

– Порой наше так называемое стремление обрести "благополучие" – наше желание освободиться от нужды – может пробудить неожиданные и ужасные порывы, – сказал он. Он вдруг положил свою свободную руку мне на плечо и пристально посмотрел на меня сверху вниз: – Берегитесь, моя дорогая, берегитесь.

Он еще постоял так, затем, убрав руку, сказал: "Доброй ночи, миссис Ле Гранд", и пошел наверх. Пока я тушила свечи на нижнем этаже, я все думала о его последних словах и только удивлялась. Хотя в большинстве случаев мое мнение сильно отличалось от мнения Сент-Клера, но в отношении Стивена Перселла мне пришлось с ним согласиться: он действительно какой-то чудной старик.

Глава XX