Меня раздосадовал его неприветливый тон, но я знала такой тип людей, хмурых и резких. Так что я решила как можно учтивее, словно и со мной обращались вежливо, выведать у него, что возможно:
– А в случае необходимости могу я переночевать в Дэриене? Есть тут гостиница или приличный пансион?
Он пожал плечами:
– Конечно. У нас есть гостиница. Но если вы боитесь, что вас не встретили, то напрасно. Похоже, встречающий вас уже давно в Дэриене.
– Как?!
– Ага – лакает где-нибудь вовсю. Людям из Семи Очагов нечасто удается побывать в городе.
Тревога, как предупреждающе поднятый палец, замаячила передо мной. Лакает! Перед ночным плаванием по болотистой реке! Заманчивая перспектива. У меня появилось желание переночевать в Дэриене и утренним пароходом вернуться на Север. Но когда я вспомнила о том, что опять придется искать место и жить на гроши, чего мне, казалось, удалось с таким трудом избежать, это искушение прошло. „Нет, – сказала я себе, – у меня еще есть надежда на то, что на Юге меня ожидает новая жизнь. И пока я не распрощалась с этой надеждой, мне надо ехать в Семь Очагов“.
Очнувшись от этих размышлений, я заметила, что хозяин лавки смотрит на меня своими покрасневшими глазками.
– Может, выпьете чаю? – спросил он, и я подумала, что хотя его голос все еще оставался сердитым, но грубоватое участие все же послышалось в нем.
Я ответила, что это было бы очень кстати. С вежливым кивком он подошел к задней двери и, открыв ее, сказал кому-то:
– Флора, здесь молодая леди, которая не отказалась бы от чашки чая».
Женщина, которая появилась в дверях, вытирая руки о передник, была простоватой, маленького роста, но глаза ее смотрели по-детски дружелюбно.
– Проходите сюда, мэм.
Я запротестовала. Я не хотела их так обременять, только чашку чая… Хозяин перебил меня:
– Это обойдется вам в пятнадцать центов.
Тогда я со спокойной совестью проследовала за миссис Мак-Крэкин в заднюю комнату, где стояла плита, светившаяся оранжевым огоньком, и стол, покрытый красно-белой клетчатой скатертью. Комната служила одновременно и кухней, и столовой, и гостиной. Она была тесно заставлена, но не лишена домашнего уюта. И когда я отведала свежеиспеченного хлеба и горячего, до горечи крепкого чаю, то бодрость духа вернулась ко мне.
Миссис Мак-Крэкин была сама вежливость, но я заметила, что она поглядывает на меня с любопытством:
– Вы ведь приехали с Севера, мисс?
– Да, как вы догадались?
– Ну, люди оттуда совсем другие.
Она потрогала ткань на моей юбке.
– Это одна из тех самых новых дорожных юбок, о которых я столько слышала, мэм?
Я кивнула, а она в изумлении раскрыла глаза, заметив, что моя юбка была только до щиколотки.
– Подумать только! – удивилась она.
Она подлила мне еще чаю из глиняного чайника.
– Вы надолго в Дэриен, мэм?
Я сказала, что направляюсь в Семь Очагов, и она окинула меня недоверчивым взглядом, а чайник замер у нее в руке.
– В Семь Очагов, мэм? Вы едете в Семь Очагов?
– Да, а вы знаете это место?
– Да тут все знают Семь Очагов, мэм.