Огромный лось, рогами сшибая с деревьев снег, метрах в сорока от Ильи выбежал из леса и замер. Собаки добирали его, лось еще не заметил охотника, не почувствовал — что-то ждет его впереди пострашнее собак.
Старый лось не услышал выстрела. Разрывая нутро, пуля прошила его насквозь. Лось попытался сделать шаг, запнулся и замер. Илья снова прицелился, но бык покачнулся и медленно стал валиться на бок. Ноги его некоторое время дергались. Разъяренные собаки настигли уже неподвижного зверя, начали рвать.
Егеря вышли из леса, подвязали собак на сворки, подрезали лосю горло. Илью сняли с номера первого, поздравили с метким выстрелом и богатым трофеем.
К лосю собирались охотники, а Илья, переполненный счастьем и гордостью, видел перед собой одного убитого зверя. Первый раз в жизни он сделал выстрел по лосю, да какой выстрел!
Его снова поздравляли, пожал руку и начальник училища. Кто-то из офицеров достал плоскую фляжку. Илья опешил, когда первую чарку протянули не начальнику училища, а ему.
Он попытался отказаться, но командир кивнул ему, разрешая, хлопнул по плечу:
— Одну можно! На крови! За выстрел!
Он выпил, задыхаясь, черпанул рукой снега, с трудом проглотил его. В честь его выстрела фляжка пошла по кругу:
— За настоящего охотника!
— За необыкновенный трофей! Девять отростков!
Егеря свежевали лося, а Илья, не замечая никого вокруг, ошалело смотрел на свой необыкновенный трофей. Красивые рога в девять отростков он видел теперь не на голове у лося, а в квартире родителей на стене, объяснял кому-то, как этот трофей удалось ему добыть. Он знал, есть правило коллективных охот — голова зверя принадлежит стрелку. Голова, конечно, ему не нужна, а вот рога он не отдаст никому. У кого-то, говорили, фотоаппарат есть — надо будет сфотографироваться.
Фотоаппарат достали из рюкзака. Фотограф пригласил всех к лосю. Что-то долго он подбирал нужную выдержку. Егерь дотронулся до плеча Ильи, попросил его чуть подвинуться.
Его, хозяина трофея, егерь не замечал и обращался к кому-то за спиной у него. Илья не поверил услышанному.
— Как прикажете? Оба? С черепной коробкой рубить? Хо-оро-ши!
Фотограф, наконец, собрался, объявил громко:
— Приготовиться! Внимание! Снимаю!
Илья успел встать рядом с головой лося, место в самом центре кадра не уступил никому.
— Снимаю!
Илья теперь был спокоен, вспомнил о командире, уступил ему место, сам встал с краю.
Фотограф не жалел кадров:
— Еще разок! Хорошо. Страховочка! Ружье чуть повыше. Снимаю! О-о! Богатый кадр! Еще!
Фотографировались долго. Илья представил, как получит скоро фотографию и на обороте ее небрежно сделает надпись: «Лось. Десять лет. Убил Илья Коробов».
— Так как? С черепной коробкой? — егерь снова обратился не к Илье, к командиру.
Илья усмехнулся. «Такую красоту портить? Конечно, с черепной! Трудно если, отдай топор, сам вырублю!»
— Не меня! Его спрашивайте, — кивнул на Илью командир, — он именинник!
Егерь понимающе улыбнулся, перекинул топор из руки в руку, повернулся к Илье:
— Как? Молодой человек?
В голосе егеря слышалась издевка. Он даже не посмотрел на Илью, не стал дожидаться ответа:
— Ага! Понятно. Ну-ка в сторону, молодой человек!
Лобная кость поддавалась топору плохо. Когда рога все же упали на снег, Илья схватил их и едва сумел оторвать от земли.