— Думаете, он спустится?
— Готов держать пари.
— Ты подождешь нас здесь, Дисель. Не стоит ломиться в отель в полном составе.
Лекер направился к консьержу, а Мегрэ остался посреди холла, рассеянно оглядывая огромный полупустой зал. Все люстры были зажжены, и где-то далеко, в каком-то ином, казалось, мире двое пожилых мужчин и две женщины играли в бридж.
Посыльный метнулся к лифту с конвертом в руках. Приглушенным голосом Лекер произнес:
— Посмотрим, что это даст!
Затем, явно взволнованный торжественностью минуты, снял шляпу. Мегрэ также держал свою соломенную шляпу в руке. Снаружи тем временем разразилась гроза, и дождь хлынул потоком. Несколько человек — видны были только их спины — укрылись на пороге. Посыльный отсутствовал недолго, вернулся и доложил:
— Месье Пеллардо сейчас спустится.
Невольно они оба повернулись к лифту. Мегрэ имел возможность удостовериться, что пальцы Лекера, поглаживающие ус, слегка дрожали.
Седой человек в темном костюме вышел из лифта, обвел глазами холл и подошел к двум мужчинам, вопрошающе глядя на них. Лекер незаметно показал ему зажатый в ладони полицейский жетон.
— Я хотел бы поговорить с вами, месье Пеллардо.
— Сейчас?
Это был тот самый хриплый голос. Человек не потерял самообладания, хотя, несомненно, узнал Мегрэ и казался удивленным его ролью статиста.
— Да, сейчас. Машина у двери. Я вас отвезу к себе в бюро.
Лицо мужчины побледнело. На вид ему было лет шестьдесят, но держался он прямо, с большим достоинством.
— Полагаю, вы не откажетесь?
— Конечно, это только усложнит положение.
Быстрый взгляд на консьержа, затем в зал, где по-прежнему рисовались вдали четыре силуэта. Еще один взгляд наружу, на струи дождя.
— Посылать за плащом и шляпой не стоит, не так ли?
Мегрэ встретил взгляд Лекера и глазами указал на потолок. Было бы жестоко оставлять женщину наверху в неизвестности. Ночь будет длинной, и мало надежды на то, что муж вернется успокоить ее. Лекер пробормотал:
— Вы можете послать записку мадам Пеллардо… если только она в курсе.
— Что же мне написать?
— Что вы, вероятно, задержитесь дольше, чем рассчитывали.
Пеллардо направился к конторке:
— Найдется ли у вас листок бумаги, Марсель?
Он был скорее печальным, чем подавленным или напуганным. Шариковой ручкой написал несколько слов, отказавшись от конверта, протянутого консьержем.
— Поднимитесь наверх немного погодя.
— Хорошо, месье Пеллардо!
Консьерж хотел было что-то добавить, но не нашелся и замолчал.
— Сюда! — Лекер тихим голосом отдавал приказания промокшему насквозь Диселю, который уже открывал заднюю дверцу.