Это четыре элемента: Божий дух, воздух, вода и огонь, и шесть пространственных направлений: вверх, вниз, вправо, влево, вперед, назад. Считается, что десять Сефирот - это Венец, Мудрость, Распознавание, Милость, Сила или Строгость, Великолепие, Победа или Вечность, Величие или Признание, Основание или Фундамент и Царство.
Эвелина слушала, затаив дыхание. Джон нарисовал сложный
чертеж Дерева Сефирот и стал объяснять отождествление всех символов
с Арканами Таро.
Глубокой ночью Джон и Эвелина сели на пол, взялись за
руки и приготовились к медитации на Дерево Сефирот, которая представляла собой восхождение из сферы материального мира в сферу Чистого Духа. Они одновременно увидели то, что заставило Эвелину отшатнуться и выдернуть руку.
- Нет-нет, это невозможно. - В ее глазах стояли
слезы.
- Нужно смириться, Эвелина. Это случится, но твоей
вины здесь нет. Изменить что-либо нельзя, мы уже встретились, колесо Судьбы набирает обороты...
ИЕРУСАЛИМ, 1997 ГОД
Однажды в Иерусалиме во время ужина со своим старым другом,
любовником и учителем Джоном Гершовичем Эвелина почувствовала тревогу. Несмотря на жаркую погоду, ее знобило, она задыхалась.
- Пожалуйста, Джонни, давай уйдем. Что-то случилось,
я знаю. - Эвелина ледяными пальцами впилась в руку Джона.
В отеле Эвелина зажгла свечи, бросила в пламя щепотку
черного кристаллического порошка, вдохнула сладковатый дым и прикрыла глаза в ожидании эффекта. Затем взяла в руки холодный тяжелый хрустальный шар. В блеске его граней можно было разглядеть разливающееся черное облако, постепенно превращающееся в образ седого пожилого человека.
- Рудольф... - выдохнула Эвелина и, сняв телефонную
трубку, немедленно набрала номер. - Пожалуйста, мисс, могу
ли я вылететь сегодня в Москву?
ШАРМ-ЭЛЬ-ШЕЙХ - АБУ-ДАБИ,<R>
1998 ГОД
Спустя год Эвелина вернулась в Шарм-эль-Шейх, который любила за необыкновенно теплое и ласковое в любое время года море, красоту коралловых садов, спокойную атмосферу респектабельного курорта. Синайский полуостров, защищенный горами от ветра, а полицейскими - от исламских фундаменталистов, представлялся ей идеальным местом отдыха. В это время года в Москве стояла промозглая сырая погода с затяжными дождями и пронзительными ветрами. Эвелина знала и любила Ближний Восток, путешествовала по Израилю, Иордании и Египту, но в конце пути всегда возвращалась
на Синай.
Ноябрь в этом году оказался особенно дождливым и темным. Мокрый снег таял, образуя под ногами грязные лужи. Шарм-эль-Шейх встретил Эвелину теплым вечерним воздухом и темными силуэтами пальм на фоне заходящего солнца. В небольшом аэропорту Эвелину встречал ее старый друг Джон Гершович. Высокий загорелый Джон крепко обнял ее и прижался слегка колючей щекой. Она ощутила знакомый запах дорогой туалетной воды от Сен-Лорана и голландских сигар, которые он предпочитал.
- Боже мой, Эви, как же я рад, что ты приехала! - воскликнул Джон, всматриваясь в ее лицо и проводя ладонью по щеке. - Я уже отчаялся встретиться с тобой, ведь ты всегда занята.
- О, Джонни, ты, как всегда, все преувеличиваешь, - засмеялась она. Я слышала, что тебя пригласили работать в Америку. Надеюсь, ты не оставил занятий магией?
- Эви, моя новая работа требует времени, я получил американское гражданство, консультирую президента по вопросам политологии, связанным с Ближним Востоком. Я день и ночь в делах.
Эвелина саркастически посмотрела на него:
- Неужели у тебя не остается времени для твоей русской жены?