— Твой старый друг Престон Это тебе что-нибудь говорит?
— Да, — ответил он по-прежнему настороженно. — Что-то вы очень поздно звоните!
— Согласен. Но я ведь знаю, что ты полуночник. Я тебе из дома звоню.
— Погудеть! Да я тут вкалываю! Если не удастся набрать двести долларов на первый заезд, Кеплер завтра занесет меня в черный список!
Чувствовалось, что он очень озабочен, и было отчего. Чарли играет на скачках. Иногда выигрывает, иногда проигрывает Чаще проигрывает. Он участвует на всех скачках и не пропускает ни одною заезда. Его жизнь зависит от непредвиденной реакции лошадей, существ более капризных, нежели звезды кинематографа Если Кеплер занесет Чарли в черный список, это означает, что он окажется не в состоянии делать ставки в нашем штате. А для Чарли это страшнее смерти.
— Очень ты меня опечалил, мой старый друг Чарли! — искренне сказал я ему. — Могу подарить тебе десять долларов, если дашь мне нужную справку.
— Вы правду говорите — десять долларов?
Я его подцепил. В мире, где вращался Чарли, десять долларов быстро могли превратиться в сотню и даже больше. Одним словом, я протянул ему руку в тот момент, когда он тонул.
— Меня интересует Бицепс Смайнофф. Тебе известно, где у него нора?
— Сейчас подумаю, — неуверенно ответил Чарли — Он ведь мне уши за это отгрызет! Нет, право, не знаю, Престон!
— Если Кеплер занесет тебя в черный список, твои уши тебе больше не понадобятся, — напомнил я.
— Это точно, — мрачно согласился Чарли. — Уж это как пить дать. Значит, вас интересует Смайнофф? Хотите сообщить о нем в полицию или как?
— Нет. Только задать пару вопросов. Могу тебе даже сказать каких, если интересует.
Я знал, что подобное предложение приведет его в панику.
— Нет, — живо ответил Чарли. — Нет, спасибо уж! Ничего не хочу знать! Если много знаешь в этом проклятом городе, плохо кончишь! Ради бога, только ничего мне не говорите! Запомните лучше адрес! У него комнатушка на Вайн-стрит прямо над харчевней для бедняков.
Я записал.
— Кому принадлежит харчевня?
— Максу Веберу. Но вы можете его вычеркнуть. Он со Смайноффом не связан.
— Да я так просто спросил. Еще один вопрос, Чарли! А кто платит Бицепсу? Меня интересуют только последние недели.
— Не знаю, нет! А даже если бы и знал, вряд ли вам сказал. Но честно не знаю! А вообще-то Смайнофф готов работать на кого угодно, лишь бы платили.
— И сделает что угодно?
— Ну, разумеется! Так-то, Престон. А эти десять долларов, как мне их получить?
Я дал Чарли адрес приятеля, который выдаст ему в любое время дня и ночи от моего имени требуемую сумму, и повесил трубку.
Глава VIII
На следующее утро я с трудом проснулся около восьми часов. Проглотил чашку обжигающего кофе, съел бутерброд и умчался. Боб Клайн уже открывал свою лавочку, когда я появился у него.
— Где он, Боб?
Боб пальцем показал мне в глубь лавочки.
— Там он. А вы часом не за ним приехали?
— А в чем дело, Боб? Он что, мешает тебе?
— Нет, — ответил Боб, пожимая плечами. — Но когда привыкаешь жить один… Причем годами… Я думаю, даже святой