— А что мне сказать вашему отцу?
— Моему отцу? Разве вы его видели?
— Да. Он чувствует себя хорошо. Почему вы перестали ему писать?
Хуанита развела руками.
— Не знаю. Когда я сбежала от мисс Уайтон, то умирала от страха. Я была в таком состоянии, что мечтала о смерти. С ума сходила при мысли, что мои родители узнают о случившемся. И решила: если ничего не писать никому, то получится, будто меня вообще нет на свете. Никогда не думала, что со мною может приключиться такое. Думала, вдруг проснусь однажды, кошмар исчезнет, вернусь домой, и все пойдет, словно ничего и не было. В голову приходят сеньор, разные бредовые мысли от страха!
— А теперь? Теперь ведь вы смотрите на происшедшее по-другому, почему же не написать им?
Хуанита согласно кивнула
— Я была так занята своими собственными заботами, что не способна была думать о родных. Завтра обязательно им напишу!
Вдруг лицо ее озарилось.
— Он здесь?.. Нет! Не может быть и речи! Сейчас я не хочу видеть отца. Не надо, чтобы он знал про это. — И она показала на свой живот.
— Так что же мне ему сказать?
— Что угодно. Скажем, вам удалось встретиться с одной из моих подруг. А я куда-то уехала… Ну, не знаю, право… В Неваду, например, а я ему обязательно напишу!
Минуту я раздумывал.
— А почему, допустим, вы сказали своей подруге, будто напишете родным, в то время как сами так долго не давали о себе вестей?
Хуанита сморщила лоб, усиленно размышляя.
— Скажите, со мной был несчастный случай. Да, несчастный случай! Я каталась на лыжах в Солнечной долине, упала и сломала правую руку. Открытый перелом.
— Что ж, годится.
Я встал и пошарил в кармане в поисках визитной карточки.
— Здесь вы найдете мой адрес и номер телефона. Я знаю, что мистер Икс заботится о вас, но, если вдруг я вам зачем-либо понадоблюсь, дайте мне знать. Обещаете?
Хуанита согласилась:
— Обещаю. Очень вам признательна, сеньор Престон! Все тут так добры ко мне!
Голос ее прервался, было ясно, что вот-вот польются слезы Я чувствовал себя крайне неловко. То, что произошло с этой девушкой, было делом весьма обычным, тривиальным. С той лишь разницей, что в большинстве случаев ответственное лицо смывается, не заплатив по счету. Я пожелал удачи Хуаните Моралес и расстался с ней. Спускаясь в лифте, обдумывал, что сказать Району Моралесу Радости мало было от предстоящего разговора Человек, проделавший пешком и на попутках четыреста километров, имеет право надеяться на нечто большее, чем на кучу лжи и выдумок. Единственным моим утешением была мысль о том, что правда причинила бы ему немалую боль.
В бар я решил не заходить. Нечего было мне сказать тем двум студентам. Но тут в голову пришла одна мысль, я остановился около стойки администратора.
— Добрый день, мистер! — машинально сказал мне служащий отеля.
— Да мы с вами уже виделись полчаса тому назад! — напомнил я ему. — Мы приходили навестить мисс Моралес. Вспоминаете?
Служащий внимательно посмотрел на меня, потом расплылся в улыбке:
— Ах да! Вспоминаю, мистер! Комната номер сто семь, не так ли?
— Конечно! Со мной было два молодых человека. — Не может быть!
— Точно!
И я описал внешность обоих студентов.