– Что бы там ни испугало остальных коней, я рад, что ты оказался на высоте и сохранил невозмутимость. Или тебе было жалко отдавать ослу твой ужин?
Роберт с улыбкой смотрел на Барстоу, как вдруг услышал звон меча, зачехленного в ножны.
Он мгновенно обернулся и обнажил свой меч.
– Брось, Роберт. Ради всего святого, дружище! Это же я, Томас!
Роберт опустил меч и перевел дыхание.
– Когда мы виделись в последний раз, у стен замка Креналден, ты собирался присоединиться к Хьюго. Вижу, ты жив и здоров. Но знаешь, дружище, я только что чуть не снес тебе голову мечом.
Томас протянул Роберту руку для рукопожатия.
– Значит, Бог меня хранит. Когда мы увидимся в следующий раз, главное – успеть выкрикнуть свое имя. Иначе я закончу жизнь так же, как этот несчастный.
Он показал на лежавшего на земле мертвого солдата, у которого из груди торчала рукоятка кинжала. Его рана была свежей.
Роберт раздвинул мечом плащ мертвеца.
– У него бляха с эмблемой Джона Гилроя. Спасибо, что опередил его и он нашел свою смерть до того, как успел пробраться в гостиницу.
– Это не я его убил, – сказал Томас. – Я гнался за каким-то пешим воином, который потом убежал в лес, а этот… Я даже не знаю, откуда он тут взялся.
– Тогда кто же в таком случае его?.. – Роберт не договорил. Он заметил, как мелькнуло чье-то белое одеяние, а затем увидел Элдсуайт, которая, округлив от страха глаза, бежала к нему. В руке у нее была палка.
– Роберт! Что случилось?
Он скрестил руки на груди и широко улыбнулся. В этот момент Элдсуайт и впрямь была похожа на ведьму – с огромными сверкающими безумными глазами, с растрепанными, развевающимися на бегу волосами, готовая броситься в драку, чтобы спасти его, Роберта.
Роберт довольно улыбнулся. Ему было приятно, что на свете есть женщина, которой он так дорог.
– Все в порядке.
Он вышел к ней навстречу, надеясь заслонить спиной убитого солдата, чтобы Элдсуайт его не увидела.
– Другие лошади чего-то испугались, и только Барстоу и ослик остались на месте. Оба стоят как ни в чем не бывало и жуют зерно.
Элдсуайт, запыхавшись от быстрого бега, остановилась рядом с Робертом. Не поверив Роберту на слово, она с тревогой озиралась по сторонам. Ее взгляд упал на Барстоу, который спокойно продолжая жевать, не поднимая головы от кормушки.
Затем Элдсуайт увидела неподвижно лежавшего на земле солдата Гилроя с клинком, торчавшим у него из груди.
Желая ее успокоить, Роберт положил руку на плечо Элдсуайт.
– Когда я нашел этого солдата, он уже был мертв. Томас, который тоже случайно оказался здесь, гнался за вторым солдатом по лесу.
Элдсуайт, с ужасом глядя на Роберта, спросила:
– Вы не ранены? С вами все в порядке?
Роберт улыбнулся, обнял ее за шею и привлек к себе.
– В жизни себя так хорошо не чувствовал. Лучше скажите мне, колдунья, заговаривающая лошадей, что вы намеревались делать с этой палкой? – Он показал на палку, которую Элдсуайт пыталась спрятать за спиной.
Не дожидаясь ответа девушки, Роберт обнял ее и крепко прижал к себе. Рассмеявшись, он поцеловал ее в губы – страстно и одновременно нежно – и после минутного молчания проговорил:
– Нам пора в путь. Иначе я снова затащу вас в постель. Нас ждет Хиллсборо.
Сэр Томас смущенно откашлялся.