Я натянул поводья и осадил скакуна перед военным.
— Неужели вы отдали за него пройдохе Седрику шесть сотен? — офицер с завистью уставился на Маленькую Стрелу.
— Мы сторговались за меньшую сумму, — сказал я, потрепав шелковистую гриву.
— Вы позволите? — военный протянул коню морковку. — Я сам положил на этого красавца глаз, вот только сторговаться с Седриком у меня не получалось!
Маленькая Стрела охотно принял морковку и благодарно боднул офицера. Сразу было понятно, что эти двое были уже давно знакомы.
— У торговца остался еще один аппалуза, — сказал я. — Не такой красавец, конечно, но все равно отличный скакун!
— За второго Седрик хочет четыре сотни, — вздохнул офицер. — А нам уже второй месяц задерживают жалование.
— Если вы скажете торговцу, что это я вас послал, он наверняка уступит коня за сотню, — сказал я. — Если будет упрямиться, напомните ему про полковника Фергюсона.
— Фергюсона? — офицер удивленно вскинул брови. — Спасибо, мистер…
— Мистер Блэйк, — я приподнял шляпу.
Глаза офицера округлились.
— Так это вас на днях освободили? Извините, не признал!
Я похлопал по седельной кобуре, из которой торчал приклад винтовки и улыбнулся.
— Зато я вас сразу узнал, капитан Райт!
Как только ворота форта захлопнулись у меня за спиной, с моих плеч словно свалился тяжелый груз!
Голова закружилась от солнечного света и запаха полевых цветов! Прямо передо мной сверкал зеркальный изгиб Миссисипи, а на другом берегу до самого горизонта простиралась бесконечная индейская территория!
Черные кляксы лесных массивов, перемежались с голубоватыми зазубренными силуэтами гор, а между ними блистали крохотные льдинки озер.
Кое-где вдали виднелись белые столбы сигнальных костров. Они поднимались над холмами почти вертикально вверх, цепляясь за неподвижно висящие в небе кудрявые облака.
День был просто великолепный! Натянув поводья, я пустил Маленькую Стрелу вниз по холму, вдогонку за своими новыми товарищами, которые уже успели отъехать на довольно приличное расстояние.
— Ну как вам? — мистер Конноли указал на сигнальные дымы. — Можете сказать, в чем там дело?
Я улыбнулся и покачал головой.
— В любом случае, это нас это не касается, — сказал я. — Переправьте нас на другой берег, и мы затеряемся как песчинка на дне моря, на этих равнинах! Если захотите, я доведу вас, хоть до Тихого океана, и на пути вы не встретите ни одного индейца!
— Вот это было бы здорово! — оживился Шеймус.
Мы спустились к самой пристани, у которой стояло два грузовых парохода. По сброшенным на причал сходням туда-сюда сновали взмыленные заключенные с мешками на спинах. Вооруженная охрана сидела в тени под навесом, а бригадир Пауэлл руководил разгрузкой.
Я вспомнил, как еще пару дней назад сам надрывался, таская мешки, и улыбнулся. Все это, казалось, было так давно!
Осадив Маленькую Стрелу у причала, я свесился с седла.
— Как поживаешь, Пауэлл? — крикнул я, обращаясь к седому бригадиру.
Пауэлл поднял голову, отрываясь от блокнота, в котором делал какие-то пометки, и заулыбался, узнав меня.
— Джонни, хорошо выглядишь! — бригадир машинально дал пинка заключенному, который чуть не уронил мешок в грязь. — Без тебя тут у нас совсем беда! Может, поможешь разгрузить эти две посудины?
Я засмеялся и показал Пауэллу свои мозолистые ладони.