— Давай посмотрим. — Он подумал, а затем сказал, — Элспет родилась в 1872 году, Джулианна и Вики…они близнецы, — пояснил он. — Я думаю, что они родились в 1983 году.
Дани смотрела на него непонимающе.
— 1872?
Деккер кивнул.
— Но, тогда её более ста тридцати лет.
— Примерно сто тридцать семь или около того, — сказал он, напоминая ей, — Закон позволяет иметь между каждым ребенком промежуток, по крайне мере, сто лет.
Дани закрыла глаза, когда все встало на свои места в ее голове. Деккер говорил Джастину, что не ел с тех пор как ему стало сто двадцать, в фургоне он говорил, что его бабушка и дедушка были вылечены наноботами в Атлантиде, и в его рассказе всего несколько минут назад, его семья использовала имя Аржено в этом веке. Они называют себя бессмертными, и она начинало понимать, что это не потому, что они быстро исцелялись. Дани не знала, почему она не додумалась до этого раньше. Она должно быть была слишком напряжена и взволнована по поводу Стефани, но теперь она начала понимать.
— Ваши люди не стареют и умирают, — сказала она.
— Мы не стареем, — согласился Деккер, — Но мы можем умереть. Я упоминал, что суженная Николаса умерла, что толкнуло его через край.
— Я предположила, что она была смертной, — пробормотала Дани с непониманием. — Сэм смертна, и я подумала…
— Сэм, единственная из смертных, потому что она не готова пока измениться, — пояснил он, а затем покачал головой и пробормотал, — Я предполагаю, что не очень хорошо объяснил все прошлой ночью. — Он сделал паузу и глубоко вздохнул, а затем сказал, — Наноботы ремонтируют любой ущерб, в том числе вызывающий старения. Они также уничтожают болезни, но они передвигаются через кровоток, поэтому если тебе вырвать сердце, они не смогут перемещаться и ничего не отремонтируют. Кровь умрет, и они тоже.
— Так получается жена Николаса умерла в результате несчастного случая, которое вырвало ей сердце? — спросила она с недоверием. — Какой несчастный случай вырвет тебе сердце?
— Нет. Жена Николаса, Энни, сгорела заживо в автокатастрофе.
— Так, огонь может убить и тебя.
Он кивнул.
— И обезглавливание.
Дани подумала, что это имело смысл, и спросила:
— А иначе ты не умрешь и не постареешь?
Деккер покачал головой.
— И твоей сестре сто тридцать семь лет?
— Около того, — подтвердил он.
— Она младше тебя?
Деккер, похоже, понял, к чему вели ее вопросы. Его губы искривились, сказав:
— Мне двести пятьдесят девять лет, Дани.
— Двести.
— Пятьдесят девять, — закончил он.
Понять это слишком тяжело для ее бедной головы, она слабо спросила:
— Ты меня разыгрываешь, да?
— Нет, — сказал Деккер серьезно, а потом обеспокоенность появилось на его лице. — Разница в возрасте тебя смущает?
Дани издала короткий недоверчивый смех, а потом нахмурилась и посмотрела на него с беспокойством.