А утром, выйдя на крыльцо, она увидела, что бомж не ушел. Спит, свернувшись калачиком.
Татьяна слегка пихнула его ногой (не от грубости, а потому, что он ведь, может, заразный, а у нее дети!).
— Ты тут еще? Смотри, милиция заинтересуется, в самом деле! Але, гражданин, проснись!
Бомж проснулся, сел, протер глаза, увидел Татьяну и обрадовался:
— Здравствуй!
— Смени мелодию, — посоветовала Татьяна. — И нечего тут. Мне не надо, чтобы у меня на пороге неизвестно кто спал, понял? Если ты бомж, иди куда-нибудь в кусты и лежи там. Если псих, ищи свою психушку!
Она ушла.
Бомж встал и огляделся.
Похоже, услышав про кусты, он именно их и искал взглядом.
И нашел: между двумя новыми домами был пустырь. Тоже собирались строить дом, но дальше фундамента дело не пошло. Все поросло густым бурьяном в человеческий рост.
Бомж пошел туда и скрылся в этих зарослях.
Сидел и смотрел оттуда на дверь магазина.
К восьми утра в магазин пришла девушка Кристина, сменщица Татьяны.
Вообще схема работы продавщиц в магазине была такая: “через два раза по двенадцать”. Это означало: три продавщицы по очереди отрабатывали двенадцать часов. К примеру, отстоит Татьяна ночь с восьми вечера до восьми утра, потом две напарницы, на следующий день Татьяна уже с восьми утра до восьми вечера, зато потом у нее свободны ночь и целый день. Таким образом, если не очень дрыхнуть после ночной смены, образуется, помимо работы в магазине, два полноценных трудовых дня, которые Татьяне, как мы увидим позже, очень были нужны.
Татьяна сдавала Кристине смену, доедая шоколад. Объясняла:
— Вот тут все записано — сколько, чего. Рашкин в счет долга две бутылки пива взял, Семенчукова бутылку водки, они отдают, им можно…
Кристина не смотрела в тетрадь, а, прислонившись спиной к стене, зевала и распрямляла плечи, закидывая назад руки.
— Кристина! Очнись!
— Дискотека была в ДК до четырех, — объяснила Кристина. — Два часа спала всего.
— Молодость. Здоровье, — позавидовала Татьяна.
Кристина махнула рукой:
— Да нет уже здоровья никакого, уже печень чувствую, а мне двадцать четыре всего!
— Замуж тебе надо.
— Ты была — и что? Двое детей, а муж где?
— Лучше уж никакого, чем такой, — призналась Татьяна.
Кристина отломила из руки Татьяны дольку шоколада и сказала:
— Тоже на сладкое тянет — это не беременность?
Татьяна, осмотрев остаток шоколада, ответила:
— Нет. На соленое обычно.
И, будто чего-то напугавшись, завернула остаток и спрятала поглубже под прилавок.