Ну вот и все, теперь уж точно большой поход окончен.
Хотя нет, там еще есть Радко, подлая тварь Радко, что предал меня уже трижды. И есть люди, доверившиеся своему вождю, и по его приказу совершившие преступление и убившие моих людей.
Теперь ответят и людишки буссовы, ответят за свои преступления, кровью своих детей ответят, пожарами своих городов. Вот тогда и будет закончен большой поход.
Что скажите мои воеводы, как далее жить с соседями нашими будем, с кем мирится, а с кем биться до смерти будем? - спросил я на большом совете, что проводил в Полоцке после своего возвращения.
- Позволь царь слово молвить - встал воевода Риги.
Я кивнул.
- Люди мои говорят, что в землях поморских идет малая замятня за земли с камнем солнечным. Пока царь Миттон был жив вожди его слушали и довольствовались теми землями, что им выделили, а теперь все стараются друг у дружки отобрать наиболее прибыльные места. Копаются в земле аки черви в навозе, за камень солнечный друг дружке глотки режут.
- Так может пора наведаться к ним и призвать к себе в подчинение?
- Нет царь рано, рано еще нам походом на варнов идти. Пусть рыбка просолиться получше, а там и в бочку её запихнем, пусть они насытятся кровью родовичей своих, пусть порежут друг дружку за солнечный камень, а там и мы придем.
- Значит оставим их до весны?
- Оставим, а пока наши людишки там походят, да скажут, что весь камень ты по хорошей цене скупишь, пусть к нам в Ригу везут, а не на Руян. Иначе переимут руянцы всех поморов под себя.
- Так может у сгоревшего Колобрига поставить наш флот, чтоб ни одна лодка поморов к руянцам не проскочила?
- Скоро шторма придут, а нам без подкреплений не усидеть в Колобриже. Если мы туда сунемся, то поморы враз все свои распри прекратят и на нас кинутся.
- Так и есть - я задумался - с древних времени никто и никогда не придумал лучшего способа сплотить народ, как придумать народу внешнего врага. Нельзя нам сейчас там светится, пусть думают, что я отомстил Миттону и успокоился, а по весне пойдем всех поморов под себя брать, кого добрым словом, а кого и мечем. Иначе их всех под себя Световит заберет, а нам этого не нужно.
Я повернул голову к деду Бояну.
- Что скажешь Боян, как нам с родственником нашим поступить?
Дед встал, поправил одежду, а потом махнул рукой и сел. Совсем старый уже сдал, не держат его ноги, а тут еже такие проблемы.
- Нельзя нам с родами бусовыми воевать - тихо проскрипел Боян - сам сказывал, что не можем мы врагами соседям нашим представлятся, иначе объединятся против нас все и не будет ни торговли, ни жизни.
- Покарать подлого труса и предателя нужно - громко закричали сотники.
- Тихо мужи, тихо - поднял я руку - дед Боян хоть и стар, однако слух у него пока хороший, не зачем кричать.
- Если нужна вам месть, то покарайте Радко, не зачем весь народ губить.
- А разве не люди от племени Бусса жгли Оршу? - я наклонился к Бояну - сколько баб и детей побили людишки бусовы в Орше, сколько душ сгубили?
- Люди аки овци, идут за пастухом - с грустью в голосе проговорил Боян - пошто же овец за преступления пастуха резать?
- Тогда я требую вместе с пастухом перерезать и всех собак, что то стадо в мои земли пригнали.
- Так и есть, всех, всех сотников и десятников бусов повесить - заорали присутствующие бородатые дядьки.
- Что скажешь Боян, как людишки Цветаны примут смерть Радко?
- Эти люди давно уже от своего рода отошли, но вот беда в том, что они и твоими людьми не стали. Там как Цветана дело повернет, может и бунт поднятся.
- Цветану сошлю обратно на Ильмень подальше от людишек бусовых, да и от Ждана подальше, нечего ей сыну царскому мозги пудрить. С этого момента царевичу Ждану жить в Полоцке, и никого кроме дядек воспитателей к нему не подпускать. Все что делается мною и советом, разъяснять так, что бы только нашу правду знал.
- Но что делать если откажутся людишки бусовы выдать своего князя и сотников? - спросил один из воевод.
- Позволь князь слово молвить встал "министр торговли", то есть боярин, что с амбаров Полоцких товары на продажу отгружает.