— Это было давно. Тогда там были свои законы. Произойти могло все что угодно. Как звали мужчину?
— Из-за наследства он взял имя жены. Ее отец в своем завещании поставил это условие. Его все называли «иностранец». По-видимому, его настоящего имени никто не знал.
Махони вздохнул:
— Не зная имени, я ничего не могу проверить. Вокруг Гавайев может быть сотня островков. Он очень легко мог исчезнуть, не оставив следа, особенно в те дни. Так исчезали многие. Скажите, а иностранец получил остатки наследства?
— Мы еще не знаем. Хотя Ник работает над этим.
— Ник? — Махони поднял брови. Фил расхохоталась.
— Я забыла вам сказать: у Би появился друг. Она описала Ника и сказала, что Би счастлива с ним, хотя тайна виллы не дает ей покоя.
— Мне это кажется хорошей новостью, — сказал Махони. — По крайней мере, убийца, кажется, не попал на след Би.
— Как вы думаете, Фрэнко, эти убийства связаны между собой? — нахмурилась Фил, тревожась за Би.
— Док, я не ясновидящий. Мне не с чего начать, я не знаю даже имени. Теоретически, по законам случая, они могут быть связаны. Держите меня в курсе всего, что удастся узнать Нику и Би. Может, я найду там что-нибудь имеющее смысл. Хотелось бы, чтобы это все не происходило столь давно. Я занимаюсь тайнами настоящего, док. Я не имею дела с прошлым.
— Странно, — сказала она, — я много лет не думала о Гавайях. И тут за один месяц они всплывают в связи с двумя разными событиями. Я встретила парня, который живет там. — Она застенчиво улыбнулась. — Туда я и направляюсь на следующей неделе. Он пригласил меня отдохнуть.
— Парень, так? Неужели мне все-таки придется ревновать, Форстер?
Она быстро подумала о сумасшедшей ревности Брэда, затем, взглянув на Махони, рассмеялась. Махони такой прямой, что, пожалуй, разложил бы все свои проблемы рядом со спагетти, чтобы обсудить их и во всем разобраться. Совсем не как Брэд, у которого масса тайных мыслей, о которых она, возможно, и понятия не имеет.
— Вы встретились с ним в Париже? — спросил Махони.
— Вообще-то нет. Я познакомилась с ним в самолете.
— Значит, какой-то француз вскружил вашу маленькую трезвую головку? — он шутливо улыбнулся, и она покраснела. — Не беспокойтесь, док, — сухо сказал Махони. — Я не буду играть в полицейского и задавать вопросы.
— Мне нечего скрывать, — защищалась Фил. — Он американец. У него квартира в Париже. Его зовут Брэд Кейн.
— Брэд Кейн, — Махони задумался. — Где же я слышал это имя раньше?
— Возможно, вы слышали о ранчо Канон. Это одно из крупнейших ранчо в штатах.
— Он его владелец? Она кивнула:
— На следующей неделе я буду там.
— Вам повезло.
Махони подумал о синем небе, пляжах и лучах солнца, покрывающих великолепное тело Фил бронзовым загаром. Может, я все-таки ревную.
— Я пришлю вам открытку. — Она взяла свою сумочку и Коко. — Ох, я и забыла. У меня есть для вас подарок.
Она протянула ему пакет с провансальскими травами и баночками всевозможных специй.
— Из бутика «Мулин де Мужин», — пояснила она. — Я добралась-таки туда. Только не спрашивайте, как мне удалось пройти мимо собак, натасканных на наркотики. Я была уверена, что в аэропорту меня арестуют за незаконный ввоз…
— Они разбираются, — заверил он, нюхая душистые пакетики с травами. Ему было приятно, что она подумала о нем. — В следующий раз я поведу вас обедать в «Мулин», — пообещал он. — За свой счет.
Фил засмеялась. Он проводил ее до машины.
— У вас далеко идущие планы, Махони.
— А вы разве еще не поняли, что я всегда строю далеко идущие планы, — спросил он, глядя на нее через окно машины.