Мусульманские легионы во Второй мировой войне: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На первом этапе создания иностранных добровольческих формирований политико-пропагандистские цели явно превалировали над военными. Это, по сути, и было самым главным.

На втором этапе происходит если и не усиление роли военной стороны этого процесса, то, во всяком случае, ее уравнение в значении со стороной политической. Для этого этапа характерны следующие основные изменения.

Уже в самом начале 1943 г. была предпринята попытка более широкого привлечения населения еще оккупированных государств и территорий к сотрудничеству с Германией, в том числе и к военному. При создании добровольческих формирований немцы в ряде случаев отошли от принципа добровольности в этом процессе. При поддержке местных коллаборационистских «правительств» ими были использованы различные степени призыва в воинские формирования населения оккупированных территорий. Так, в феврале — марте 1943 г. в Латвии и Эстонии был объявлен призыв на службу десяти, а в Литве шести возрастов. В начале 1944 г. то же самое произошло в Белоруссии, где был объявлен набор в Белорусскую краевую оборону (БКО). Однако эти акции зачастую не имели успеха. Например, в Литве на призывные пункты прибыло менее 20 % лиц, подлежащих освидетельствованию.

Однако эти акции никак не мешали немцам называть иностранные формирования, которые все же удавалось организовать подобным образом, добровольческими.

На этом этапе также произошли изменения в управлении и организации иностранных добровольческих формирований, связанные с изменениями в немецкой национальной политике. Прежде всего они заключались в укрупнении добровольческих формирований, которые имели однородный национальный состав. Если до 1943 г. самой крупной воинской единицей являлся полк (в крайнем случае дивизия), то сейчас начинается массовое формирование дивизий и даже корпусов из граждан стран как Западной, так и Восточной Европы. Именно в этот период были сформированы 15-й Казачий кавалерийский корпус, 162-я Тюркская пехотная дивизия, 369-я, 373-я, 392-я германо-хорватские легионерские дивизии и др.

Впоследствии, в конце 1944 — начале 1945 г. этот процесс получил свое военно-политическое развитие, и прежде всего в связи с изменениями в немецкой «восточной» политике. После провозглашения 14 ноября 1944 г. в Праге Комитета освобождения народов России (КОНР) была предпринята попытка объединить под эгидой его вооруженных сил все добровольческие формирования из граждан СССР. Однако большинство национальных лидеров отказалось пойти на такое соглашение с руководством КОНР, усмотрев в его инициативе желание русских националистов опять подчинить себе все остальные народы СССР. Вместо этого они при некоторой поддержке со стороны немцев провозгласили создание на основе «своих» «национальных» добровольческих формирований: «Национальной армии Туркестана», «Кавказской национально-освободительной армии», «Украинской национальной армии» и т. п.

Последним по времени комплексом изменений в процессе создания и использования иностранных добровольческих формирований стало усиление в нем роли руководства СС.

Во-первых, эти изменения характеризуются началом создания иностранных дивизий войск СС. Отойдя от «расового принципа» при наборе в эти войска, Гиммлер приказал принимать в них и представителей «низших рас». В результате были сформированы 22 дивизии из иностранных добровольцев: 9 — из граждан стран Западной и Северо-Западной Европы, 4 — из граждан стран Восточной и Центральной Европы, 3 — из граждан балканских государств, 6 — из граждан СССР. Кроме этого, из представителей последних были также сформированы 2 соединения дивизионного типа — Восточно-тюркское и Кавказское. Всего же к концу войны в этих дивизиях проходили службу около 340 тыс. человек (или 37 % от общего количества бойцов войск СС).

Во-вторых, 20 июля 1944 г. Гитлер после покушения на него назначил Гиммлера начальником вооружений сухопутных войск и главнокомандующим армией резерва, а уже 26 августа все иностранные части и соединения сухопутных войск были переданы под управление командования войск СС. Эта мера позволила Гиммлеру подчинить себе остальные добровольческие формирования, не находившиеся до этого под его контролем. Правда, зачастую некоторые формирования так и оставались под командованием офицеров вермахта. Все их подчинение СС заключалось в присвоении им соответствующей номенклатуры (например, 950-й индийский моторизованный полк вермахта стал Индийским добровольческим легионом войск СС). Однако все части и соединения войск СС, до этого в оперативном отношении подчинявшиеся командованию вермахта, были переданы в личное распоряжение Гиммлера.

Таким образом, с уверенностью можно сказать, что в течение Второй мировой войны в германских вооруженных силах прошли службу около 2 млн. иностранных граждан — большинство добровольно, остальные же — в результате различной степени призывных кампаний. Из — них (см. табл. 1):

— граждане государств Западной и Северо-Западной Европы — около 195 тыс. человек;

— граждане государств Восточной и Юго-Восточной Европы — около 300 тыс. человек;

— советские граждане — 1,3–1,5 млн. человек;

— арабы и индийцы — около 8-10 тыс. человек. Советские граждане и граждане балканских государств

были наиболее массовым контингентом среди иностранных добровольцев. Это связано прежде всего с особенностями предвоенного политического режима в этих государствах, их национальной политикой, и тем, как после начала Второй мировой войны этим воспользовались немцы.

Именно ошибки в национальной политике правящих режимов в СССР, на Балканах, Ближнем Востоке и в Индии послужили причиной создания мусульманских формирований в системе иностранных добровольческих формирований германских вооруженных сил.

Политические предпосылки и условия создания мусульманских добровольческих формирований в годы второй мировой войны

Классик немецкой военной мысли К. Клаузевиц писал: «Война в человеческом обществе… есть не только политический акт, но и подлинное орудие политики, продолжение политических отношений, проведение их другими средствами».[4]

Это определение войны подчеркивает производное значение военных событий от политических. Этого нельзя не учитывать и при рассмотрении вопроса о создании и использовании мусульманских частей в системе иностранных добровольческих формирований.

Процесс создания и использования иностранных добровольческих формирований напрямую зависел от внешней, оккупационной и национальной политики нацистской Германии. В свою очередь изменения в германской национальной политике происходили под влиянием на нее тех или иных органов власти нацистского государства. При этом наиболее тесная зависимость прослеживается по линии «оккупационная — национальная политика». Внешняя же политика играла подчиненную роль, так как основным контингентом иностранных добровольческих формирований были граждане именно оккупированных государств и территорий.

В целом немецкая оккупационная политика зависела от следующих факторов:

— национального состава населения оккупированной территории;

— того, какие немецкие органы осуществляли оккупацию на данной территории;

— изменений на фронтах войны.

Как только изменялся один из этих факторов, изменялась и вся оккупационная система, а ее руководители должны были пересматривать свои методы. Однако следует признать, что один из этих методов всегда оставался неизменным, он зависел от первого фактора и был тесно связан с немецкой национальной политикой. Это был метод использования тех противоречий, которые возникали из-за нерешенности национального вопроса в данном государстве.

Основным принципом использования национальных противоречий как метода немецкой оккупационной политики являлось сознательное противопоставление национальных меньшинств того или иного оккупированного государства или территории государствообразующей нации (например, противопоставление некоторых народов СССР русским) или народов, недовольных своим подчиненным положением по отношению к какому-либо другому народу (например, противопоставление хорватов сербам в Югославии). Противопоставить же один народ другому можно было, наделив его какими-либо привилегиями, которых у другого народа не было. Это должно было, по мнению немецкого военно-политического руководства, обеспечить лояльность данного народа, сделать его пусть неравноправным, но все-таки союзником оккупантов. То есть склонить его к так называемому коллаборационизму, который представлял собой неоднозначное явление: он был политическим, экономическим[5] и военным.

Военный коллаборационизм в данном случае — это и есть участие иностранных граждан в войне на стороне Германии в составе добровольческих формирований. Коллаборационизм военный был тесно связан и зависел от развития коллаборационизма политического, который заключался в сотрудничестве с оккупантами посредством участия в работе так называемых органов самоуправления при оккупационной администрации или в различных «национальных правительствах», «советах» и «комитетах» как на оккупированной территории, так и в самой Германии.

Процесс создания и использования иностранных добровольческих формирований, так же как и процесс проведения Германией оккупационной политики, можно разделить на два этапа, характеристика и хронология которых уже была дана выше. Соответственно каждому из них применялся и метод использования национальных противоречий. В отличие от первого второй этап характеризовался широким применением политического и военного коллаборационизма.

Таким образом, делает вывод историк из ФРГ К.Г. Пфеффер, «отношение германского правительства… к другим народам… имеет очень большое значение. Весьма распространенное убеждение, что немцы относились к другим народам, как правило, отрицательно, является неверным. В действительности же наше отношение было сильно дифференцированным».[6]

Именно неоднозначностью в подходе к использованию национального вопроса объясняется стремление немецкого военно-политического руководства привлечь на свою сторону народы, исповедующие ислам, использовать так называемый мусульманский фактор. Результатом же военно-политического развития этого процесса явилось создание и использование мусульманских частей в составе иностранных добровольческих формирований.

[4] 4 Клаузевиц К. О войне. М., 1994. С. 54–55.

[5] 5 Экономический коллаборационизм — это сотрудничество с оккупантами в промышленной сфере и сельском хозяйстве. Однако его рассмотрение не входит в задачи данного исследования.

[6] 6 Итоги Второй мировой войны: Выводы побежденных / Типпельскирх К. фон, Кессельринг А., Гудериан Г. и др. СПб., 1998. С. 492.