Щелкунчик подошел к грузовику и передал бригаде огорчительную новость.
– Баба не соглашается. Говорит, муж уже подрядился с кровельщиком. Какая-то компания из Палм-Бич, говорит.
– Ну и слава богу! – зевнул один негр. – А то я уже не могу, начальник. Может, хватит на сегодня?
– Кто бы спорил, – ответил Щелкунчик.
Джим Тайл перемотал пленку и включил еще раз.
– Милая, меня похитили…
– Захватили! Похищение предполагает выкуп. Не хрен обольщаться, Макс…
– Ну что? – спросила Бонни.
– Это он, – ответил полицейский.
– Точно?
– Я тебя люблю, Бонни. Макс забыл это сказать, поэтому говорю я. Пока…
– О да. – Джим Тайл вынул кассету из магнитофона. Бонни попросила Августина позвонить приятелю из ФБР
– Незачем пороть горячку, – ответил Августин. Полицейский согласился:
– Они его никогда не найдут. Не знают, где и как искать.
– А вы знаете?
– Как возможный вариант – губернатор будет удерживать вашего мужа, пока тот ему не надоест.
– А потом что? – спросила Бонни. – Убьет?
– Нет, если ваш муж не сглупит.
А вот тут у нас могут быть проблемы, подумал Августин.
Полицейский попросил Бонни не паниковать – губернатор в своем уме. Есть способы выйти на его след, вступить в контакт и завязать продуктивный диалог.
Бонни извинилась и пошла за аспирином. Августин с полицейским вышли на улицу.
– ФБР с этим связываться не станет. – Джим Тайл старался говорить тише. – Нет требования выкупа, нет перемещений по разным штатам. Ей такого не понять.
Августин заметил, что Макс Лэм сам все путает своими звонками в Нью-Йорк по рекламным делам.
– Жертвы так себя не ведут.
Джим Тайл сел в машину и положил «стетсон» на сиденье.
– Я скоро с вами свяжусь. А вы пока успокойте дамочку.
– Так он, по-вашему, не псих, да? – спросил Августин.
Полицейский рассмеялся.
– Ты же слышал пленку, сынок.
– Да, мне тоже так не показалось.