***
Спустя шестьсот четырнадцать лет
Мар снял Длань Эрефа с постамента, на котором посох пролежал несколько сотен лет. По телу прокатилась волна приятного холода. От ощущения, какую силу он держит в руках, у эльфа замерло сердце. Ниакис, Ринт и Некрана будут рады узнать, что первый шаг сделан. Тем более учитывая то, насколько лёгким он оказался. Всё, что было нужно – найти местоположение храма, в котором хранилась Длань. Теперь очередь за Наследием Симорга. Ринт с Некраной уже отправились на его поиски.
Так странно. Мар прожил больше восьми сотен лет, чтобы понять, что от него требуется в этом мире. Чтобы осознать предназначение. Встреча с Ниакис, Ринтом, а после и Некраной лишь приближали осознание этого.
Давно. Спустя лет двести после его рождения, он осознал, что должен защищать родину. Антарию. Бывали времена, когда он думал, что защищать нечего. В Антарии сильная армия, умелые друиды. Варвары уже давно не посещали эти места. Но частые путешествия в разные страны помогли понять, что есть народы сильнее и могущественнее антарских. Не приведи Симорг, чтобы они возжелали завоеваний. Тогда никто не сможет помочь ни индулам, ни эльфам, ни людям. Никто. Кроме тех, кто в состоянии противостоять захватчикам. Кроме их четвёрки. Они называли себя детьми Симорга. Посланниками, чья участь вечно защищать Антарский народ от опасностей.
***
Спустя четыре месяца
– Да, – протянул Мар, глядя на запертого в клетку Снежного Барса, – как бы там ни было, но Симорг был самым мудрым из братьев. Заточить энергию в живое существо…
– Точно, – согласилась Ниакис. – Только сила Симорга не может быть исчерпана.
Четвёрка наблюдала за животным, метавшимся по клетке. Видимо, ему не нравилось новое жилище.
– Только подумать, этот барс сильнее каждого из нас, – проговорил Ринт, усмехнувшись.
– Интересно, зверь осознаёт, из-за чего пережил всех особей?
– Поверь, – отмахнулась Некрана, – он этого даже не замечает. Меняет самок, доказывает силу самцам.
– Да. Силы у него будь здоров, – согласился Мар. – Регенерация – не пустое слово для хищного зверя, вынужденного бороться за жизнь каждый день.
Эльф подошёл вплотную к клетке. Барс, не упустив момента, нанёс удар передними лапами. Раздался холодный звук от когтей, обрушившихся на прутья клетки. Мар отшатнулся, по щеке текла кровь.
– С ума сошёл, что ли! – вскрикнула Ниакис. – Он бы тебя убил, не будь клетки.
– Но клетка же есть, – ответил Мар, приложив руку к щеке. Эльф встал и проговорил, – готовьте процедуру переливания. Ниакис, – обратился он к избраннице, – ты не передумала?
– Нет.
– Будем надеяться, что у нас всё получится, – кивнул Мар.
***
Мар стоял на краю плато и смотрел вдаль, на бегущие облака. Когда со спины подошёл Ринт, Мар сделал шаг от пропасти.
– Барс мёртв? – спросил Мар.
– Да, – ответил Ринт.
– Что с Ниакис?
– Получила несколько ожогов, Некрана быстро приведёт её в норму. Энергия не даст долго ходить со шрамами.
– Может быть, – согласился Мар. – Если сама, конечно, не захочет.
– С чего бы это?
– Не знаю, – пожал плечами Мар.
Эльфы несколько минут молчали. Ринт проследил за взглядом Мара, но, не заметив там ничего интересного, опустил взгляд и пнул камень вниз.
– Знаешь, Мар. Ещё ничего не ясно. Может быть, всё получилось.