Вот партия и у ворот «Кемьперпункта». Над огромными, тяжелыми, двухстворными, багрово-красного цвета воротами вывеска — «Кемьский пересыльный пункт Северных Лагерей Особого Назначения ОГПУ СССР». Дежурный чекист открывает ворота. У ворот происходит еще одна поверка.
Партия вошла в Кемьперпункт. Направо и налево рядами расположены карантинные роты. Кругом ни души. Кто в лесу пилит дрова, кто на погрузочных работах, кто на работе на Северолесовском лесопильном заводе, кто вытаскивает из воды «таланы» и подкатывает их к железнодорожным платформам. Там их грузят и оттуда слышны вскрики: «Раз, два-взяли... Раз, два-взяли»...
— Партия, стой, командует старший по конвою чекист, когда подошли к бараку третьей карантинной роты. К партии пришла дюжина командиров взводов, командир 3-ей карантинной роты и его помощник. По прошлому все они — уголовные преступники; убийцы, грабители, взломщики и проч. Начинается сдача прибывших надзирателям внутренней охраны — командирам рот, их помощникам и командирам взводов. Сдача окончена. Конвой разрядил винтовки и ушел отдыхать. Заключенные неподвижно стоят в строю и ожидают распоряжений от новых хозяев. Каждый боится пошевельнуться, чтобы не получить «в морду».
— Партия! Сложить вещи в одну кучу!— отдает распоряжение помкомроты (помощник командира роты) и указывает пальцем место. Каждый бежит к указанному месту, кладет вещички, бежит обратно и опять, как вкопанный стоит в строю.
— Партия! слушай мою команду. Напра-во! Нале-во! Кру-гом! Партия! Шаг на месте, шагом... марш! Раз, два, три, четыре... Партия! Стой! Кру-гом! Ты что это там, как старая баба поворачиваешься? Смотри… я тебя быстро научу...
Партия повернулась кругом и теперь перед ее глазами, шагах в пятнадцати, проволочное заграждение, а за ним каменистый спуск к морю. Справа на одной линии с передней четверкой, двери в барак третьей карантинной роты.
— Партия! справа по одному, в барак, шагом... марш!
«Советские граждане», уже с автоматической головой и таким же сердцем, плавно входят в барак. Кто-то на пороге споткнулся, наступив ногой на размотавшуюся онучу другой ноги, но получил от стоящего у дверей комвзвода пинок в спину и «пулей» влетает в барак.
В бараке партия выстроилась в четыре шеренги и стоит, как рота оловянных солдатиков. Царит гробовая тишина. Если кто закашляет, раздается громовое комвзводское: — В больницу приехал, что ли?... Дома не накашлялся?... Звука чтоб я не слыхал из строя! В строю замри!
Комроты ушел к себе и ожидает, когда ему скажут, что «строй готов», чтобы притти и поздороваться с прибывшей ротой. Тем временем командиры взводов подготовляют партию к его приходу.
— Ррравняйсь! Чище равняйсь! Ты что там патлатый водолаз, выпучил свое брюхо? Думаешь, что приехал в Соловки Богу молиться?... Смотри, я подберу тебе брюхо дрыном (палкой)! Справа, по порядку номеров, рассчитаись!
— Первый! второй! третий! четвертый! пятый!... быстро и отчетливо рассчитываются заключенные.
— Отставить! На военной службе не были! Я вас научу рассчитываться!... Партия! слушай мою команду. Справа, по порядку номеров», расчитайсь!
— Первый! второй! третий! четвертый! пятый!...
— Отставить! Рассчитываться так, чтобы стекла в окнах дребезжали, чтобы на Соловках было слышно. Партия, слушай мою команду справа, по порядку номеров, рассчитайсь!...
— Первый! второй! третий! четвертый!...
— Отставить! Ах, шаканы... Всю ночь будете у меня рассчитываться. Ну-ка, патлатые водолазы, — обращается помкомроты к священникам, — что попрятались в задних рядах?! Вылетай пулей в переднюю шеренгу!
Старики - священники торопливо проталкиваются вперед.
— Сколько лет пел аллилуйя? обращается к кому-нибудь из них помкомроты.
— Я... я... гражданин начальник, — а у самого судорожно подергиваются губы, — я гражданин начальник, 25 лет был священником.
— 25 лет пел аллилуйя! Значит хорошо будешь рассчитываться! Партия, слушай мою команду: Справа, по порядку номеров, рассчитайсь!
Удовлетворившись, наконец, рассчетом, помком переходит на «здра». «Здра» отвечают в красной армии красноармейцы на приветствие своих начальников. «Здра» говорят два раза в день - на утренней и вечерней поверках, все заключенные СЛОНа.
— На приветствие отвечать всем, как один — предупреждает помкомроты.
— Здравствуйте, пересыльная рота!
— Здрра! — что есть силы отвечают заключенные. В окнах дребезжат стекла.
— Не слышу! Здравствуйте, пересыльная рота!
— Здрррррра!
— Отвечать так, чтобы шапки с голов слетали! Здравствуйте, пересыльная рота!
— Здррраааа!
— Не слышу! Отвечать всем, как один. Если я замечу, что кто-нибудь не будет отвечать — берегись, дрыновать буду!... Знаете, что такое «дрыновка»?