– Пожалуйста, прикажите ему остановиться.
Бертран наклонился вперед и потянул за шелковый шнурок, свисающий над спинкой переднего сидения. Над ухом кучера зазвонил маленький колокольчик, и по этому сигналу он незамедлительно натянул поводья. Карета прокатилась еще несколько футов и остановилась прямо за кабриолетом. Зоя выглянула в окно и улыбнулась молодому человеку:
– Я хочу поблагодарить вас за ваше хладнокровие. Другой бы на вашем месте мог не удержать контроль, а это вызвало бы серьезные осложнения.
Зоя намеренно не уточнила, имеет ли она в виду первоначальное столкновение или же последовавший за ним спор.
– Все обошлось, – отозвался незнакомец, хватаясь покрепче за вожжи и сильнее нажимая на тормоза. – Если, конечно, вы не очень пострадали от удара, мадам.
– Со мной все в порядке, – заверила его Зоя. – Но меня вряд ли можно называть «мадам». Я мисс Зоя Баллинджер. Мой друг – Бертран Каммингтон.
Молодой человек почтительно кивнул:
– Рад был встрече с вами, мисс Баллинджер.
– А как вас зовут? Боюсь, я не расслышала.
Незнакомец какое-то время осторожно изучал обратившуюся к нему красивую женщину. Наконец, он пробормотал что-то так тихо, что Зоя не смогла ничего разобрать из его слов.
– Простите?
– Коннор, – последовал ответ. – Это имя – Коннор.
– Ну, вы были настоящим джентльменом, мистер Коннор. Надеюсь, сегодня с вами больше не случится никаких происшествий, и остаток вечера будет для вас намного приятнее.
Зоя повернулась и что-то прошептала Бертрану, после чего тот дважды дернул за шелковый шнурок. Карета плавно тронулась с места, Зоя выглянула в окно и в последний раз посмотрела на Коннора, затем села на свое место.
– Странный парень, – провозгласил Бертран.
– Почему вы так говорите?
– Когда мы были снаружи... Вы заметили?
– Что заметила?
– Его ботинки – они были коричневого цвета. Зоя с удивлением посмотрела на своего спутника:
– Боюсь, что я вас не понимаю.
Бертран снисходительно улыбнулся, разыгрывая на лице изумление:
– Боже мой, даже нищие бродяги, ночующие на берегу Темзы, знают, что никто не носит коричневые ботинки с черным костюмом – даже с таким простым костюмом, как у этого парня.
* * *
После того, как карета двинулась дальше, Коннор Магиннис повернул нанятый им кабриолет на длинную аллею, ведущую к имению Плантинг Филдс. Он вовсе не рассчитывал встретиться с Зоей Баллинджер на этой дороге. Тем не менее Коннор узнал ее сразу по рисунку, который видел в прошлом номере «Лондонских дам» – еженедельном, ценой в два пенни, газетном листке, освящающем последние события в лондонском обществе.
Оказалось, что Мойша Левисон и его дедушка внимательно следили за всеми светскими новостями. Изучая отношения между Магиннисами и Баллинджерами, Мойша порылся в своих журналах и газетных вырезках и извлек оттуда массу заметок обо всех членах семьи лорда Седрика.
«Ну и что?» – спросил Коннор сам себя, ослабляя вожжи и позволяя своей кляче идти по аллее таким шагом, каким она хочет.
У Коннора был план, согласно которому он должен был встретиться с Зоей в ее собственном доме под предлогом, связанным с тем, что девушка состояла в так называемом «Женском Реформаторском комитете». Этот комитет представлял собой группу зажиточных матрон и их дочерей, которые собирались по субботним дням на послеобеденный чай для проведения дискуссий – но только не каких-нибудь конкретных дел – на различные социальные темы. Как следовало из журнальной заметки, в настоящее время комитет активно выступал за проведение тюремных реформ. Коннор планировал, использовав такой превосходный повод, представить дело отца так, чтобы оно вызвало сочувствие, по крайней мере – сочувствие у Баллинджеров. Он даже не предполагал, что неожиданно будет застигнут врасплох.
И что ему было поделать с высоким, роскошно выряженным повесой, сопровождающим мисс Зою Баллинджер. Каммингтон – так, кажется, она его назвала? Бертран Каммингтон. Имя звучало знакомо, но Коннор никак не мог припомнить, где он мог его слышать.
«Мистеру Каммингтону придется подождать», – сказал Коннор вслух, затем неожиданно потянул вожжи вправо и выполнил превосходный U-образный разворот на широкой аллее. Он дернул вожжами и пустил клячу быстрой рысью назад, в сторону главной дороги.
«Хороший мальчик», – подумал Коннор, заставляя свою лошадь перейти в равномерный галоп, намереваясь сократить дистанцию между его кабриолетом и каретой. Коннор не имел понятия, что он будет делать после того, как догонит карету, но в любом случае он хотел оказаться рядом с Зоей для того, чтобы найти возможность представиться ей.