И все же капитан мог еще пригодиться. К примеру, запугать северян рассказами о том, как Радж Ахтен разрушил стены Лонгмота с помощью своего боевого клича,
Пусть знают — все северные замки, вес гордые крепости, которые простояли тысячи лет и уцелели даже в те времена, когда люди сражались с Тот, нелюдями и всякими другими тварями; все они сейчас никого не защитят. Смертельные ловушки, не больше.
Северяне должны узнать об этом. Должны быть готовы к тому, что им придется капитулировать.
— Поздравляю, — сказал Радж Ахтен капитану. — Ты одержал победу в борьбе за свою жизнь. Я помню, недавно ты был моим Посвященным. Теперь пришло время послужить мне еще раз. Я хочу, чтобы ты рассказал остальным, что тут произошло. Когда будут спрашивать, как тебе удалось уцелеть, отвечай: Радж Ахтен сохранил мне жизнь, чтобы я свидетельствовал в пользу его могущества.
Капитан еле заметно кивнул. Он едва держался на ногах. Радж Ахтен положил руку ему на плечо и спросил:
— У тебя есть семья, дети?
Тот кивнул. Слезы брызнули у него из глаз, он отвернулся.
— Как тебя зовут?
— Седрик Темпест. Радж Ахтен улыбнулся.
— Сколько у тебя детей, Седрик?
— Три… девочки и мальчик. Радж Ахтен понимающе кивнул.
— Ты считаешь себя трусом, Седрик Темпест. Думаешь, что поступил как предатель. Но детей своих ты сегодня не предал, не так ли? «Дети — вот наше сокровище. Поистине богач тот, у кого много детей.» Ты будешь жить ради них?
Седрик энергично закивал.
— Героизм и преданность могут принимать разные формы, — продолжал Радж Ахтен. — Не сожалей о том, что принял такое решение.
Повернувшись, он направился к своей палатке на холме, но остановился и вытер лезвие сабли о плащ одного из убитых. Голова уже работала над тем, что делать дальше. Форсибли отосланы — в Мистаррию или куда-нибудь еще. Подкрепление задерживается. И вдобавок на него надвигается какая-то армия.
Зато он открыл для себя новое оружие, с помощью которого мог выиграть день, требующийся для ожидания.
Однако надо было учесть и то, что собственные люди Радж Ахтена в значительной степени пострадали от его крика. Не следовало применять это оружие в непосредственной близости от них. А это означало, что если он хочет убить Габорна силой своего Голоса, лучше им встретиться один на один.
Со свинцового неба к его ногам начали падать снежинки. А он и не заметил, как сильно похолодало.
Снаружи замок тоже был сильно разрушен. Тут и там змеились трещины, множество камней оказались расколоты. Однако в целом черные массивные стены выстояли. В их основании лежали камни тридцати футов в толщину, сорока в ширину и двенадцати в высоту. Каждый такой камень весил тысячи тонн. Эта крепость нерушимо простояла тут на протяжении столетий. На ее воротах можно было различить защитные руны Земли.
Даже самые сильные заклинания Пламяплетов и обстрел из катапульт не смогли нанести существенного вреда этим стенам. И только его Голос расколол некоторые из этих массивных камней.
Даже ему самому это казалось чудом. Кем же или чем же он стал? Ему удалось захватить замок Сильварреста исключительно с помощью своего обаяния. Теперь выяснилось, что и Голос его превратился в мощное разрушительное оружие.
В королевствах на юге каждое мгновение умирал кто-нибудь из его Посвященных, но новые тут же пополняли их ряды. Конфигурация свойств, которыми он обладал, постоянно менялась. Но одно ощущение оставалось бесспорным: количество вновь приобретенных даров превышало количество утраченных. Он и вправду становился Суммой Всех Людей.
Возможно, сейчас настало самое подходящее время встретиться лицом к лицу с этим молодым глупцом — Королем Земли — и его армией. Радж Ахтен почувствовал нарастающее возбуждение.
Повернувшись, он закричал, как бы обращаясь к безмолвным стенам замка:
— Я сильнее, чем .земля;
Послышался треск — вся южная стена содрогнулась.
Седрик Темпест, который как раз в этот момент выбежал из ворот, упал, обхватив руками шлем. К ужасу Радж Ахтена, внешняя половина башни герцога осыпалась влево, придавив многих из его людей. Оттуда послышались крики и стоны. Это выглядело так, как будто силы Земли, защищающие замок, окончательно распались.
В то же самое мгновение он услышал треск у себя за спиной.
Огромный дуб рядом с его палаткой сломался и верхняя половина дерева рухнула прямо на крышу повозки с Посвященными.
Радж Ахтен мгновенно ощутил гибель некоторых из них. Дыхание перехватило, голова закружилась — как обычно бывало, когда он терял часть своих даров.