— Все равно, обо всякой… вообще о любви… — заметила Татьяна Борисовна. — Так расскажи же… Мне не хочется спать…
Татьяна Борисовна окончила раздеваться и легла в постель.
— Садись здесь на постели и рассказывай…
— Я, барышня, и так, стоя…
— Говорю, садись…
Настя села на край постели и шепотом начала передавать Татьяне Борисовне о своем романе с поваренком Сергеем…
Молодая девушка слушала ее с пылавшим лицом.
— Ты что же за него замуж не выходишь? — спросила она.
— Граф не дозволит, ему девятнадцать только… а мне уже двадцать второй… Его сиятельство скажет, не пара, и только нам сильно достанется… Уж мы так…
— То есть как так?
Настя еще более покраснела.
— Говори, говори…
Горничная заговорила еще тише, совсем наклонившись к Татьяне Борисовне.
Та, видимо, жадно ловила каждое ее слово.
— И я тоже люблю, Настя, — сказала она по окончании рассказа.
— Вы, барышня!
— Да, и знаешь кого?
— Недомекнусь… кого же здесь вам… любить… Верно, из приезжих.
— Нет, он живет здесь…
— Здесь? — с недоумением повторила Настя.
— Да, здесь… Я люблю Семена Павловича.
Настя даже вскочила с места.
— Лекаря… буку?..
— Он несчастлив… оттого и мрачен…
— Зверь… — решительным тоном сказала Настя.
— Зверя-то и приручить… — проговорила молодая девушка опять фразою из романа. — Ты мне поможешь? — заискивающим тоном продолжала она.
— Я?!
— Да, ты…
— Что же я могу?..
— А я вот сейчас… как все заснут, заболею и пошлю тебя за ним… Он придет, а ты уйдешь…