Дары Зингарцев: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

После недолгих совместных усилий подход к двери был расчищен. После этого на нее, поплевав на ладони, навалилось трое самых дюжих оруженосцев — и едва не упало внутрь открывшегося зала, потому что дверь подалась с неожиданной легкостью.

— Ждите меня здесь, — велел Римьерос и достал из заплечного мешка ларец.

— Но принц, — попробовал возразить кто-то. — Там же может быть опасно». Позвольте, кто-нибудь пройдет первым или хотя бы разрешите идти с вами! Мы не пустим вас одного!

— Я пойду один, — холодно возразил герцог Лара. — А вы останетесь здесь, и горе будет тому, кого я, возвращаясь, увижу по эту сторону двери!

Он произнес это «возвращаясь» с такой уверенностью, что рыцари отступили. Взяв в одну руку шкатулку, а в другую — факел, Римьерос шагнул через порог. Свита его с тревогой наблюдала за тем, как удаляется пятно света и все ближе подступают к смельчаку тени и блики, пляшущие по стенам.

Римьерос насчитал пять залов, последний из которых, похоже, был ровно в два раза меньше первого. Здесь правильным квадратом, по-видимому, соотнесенным со сторонами света, стояли простые каменные плиты, напоминавшие саркофаги лишь формой и материалом.

Римьерос последовательно осмотрел каждую плиту и убедился, что это — монолиты, без всяких признаков щелей или крышек. Выйдя на середину комнаты, он воткнул факел в щель в полу и еще раз осмотрелся. Теперь он видел, что все плиты вытесаны из разного камня. Здесь был зеленый, с темными прожилками нефрит, пестрая, похожая на узоры лишайника на камнях яшма, был белоснежный мрамор, словно светящийся Р темноте собственным светом, и черный и прозрачный, как прозрачен подтаявший лед, обсидиан. Все плиты были одинакового размера, и размер этот действительно в точости совпадал с размерами могилы. В высоту они доходили Рикьеросу чуть выше колена.

— Что ж, попробуем, — проговорил он, бодрясь, Нельзя сказать что ему было страшно — нет, скорее — немного зябко.

Он повернул ключ и откинул крышку ларца.

В первый миг ему показалось, что ничего не произошло. Свет факела не дрогнул, гром не прокатился по подземелью, каменный пол не сдвинулся, уходя из-под ног. Сама шкатулка была пуста. Римьерос уже хотел рассмеяться, обозвать себя легковерным идиотом и уйти, как вдруг увидел голубоватый дымок, густеющий над плитами.

На, всякий случай он поставил шкатулку на пол, взял в руки факел и отошел к порогу.

Дымок колыхался, свивался и плотнел, и вскоре над камнями повисло по туманной фигуре, закутанной в призрачный плащ. Привидения становились все реальнее: можно было сказать, что они на глазах обрастали плотью. Уже возможно было различить старческие иссохшие лица и руки, бессильно свисающие вдоль тел. Принц следил за этими чудесами со спокойным любопытством.

И вдруг внезапно, как в кошмарном сне, все переменилось. Призраки открыли глаза — и больше Римьерос ничего не мог видеть. Словно восемь тонких игл-лучей, холодных, как лед, пронзили его беспомощное тело. Он превратился в бабочку, пойманную и насаженную на восемь булавок разом.

«Ты — не тот», — прозвучало наконец у него в голове, и лучи отпустили его.

Он перевел дыхание. Лоб, спина и руки его были мокры от липкого, противного пота.

— Вот так сокровище, — пробормотал он в полнейшем изумлении.

«Не кричи», — услышал он в себе с четырех сторон разом.

«Зачем ты здесь», — прозвучало справа и почти одновременно с этим слева послышалось: «Он молод и пришел издалека».

«Они изучают меня», — подумал он и усилием воли унял дрожь в коленях.

«Значительно лучше, — тут же отозвались в нем. — Так зачем же ты здесь? Лучше думай, а не говори вслух».

— Я, — растерянно вымолвил Римьерос. Никто еще не пытался разговаривать с ним мысленно, и его попытки думать готовыми фразами немедленно просились на язык. — Мне сулил здесь сокровище кхитайский колдун Он сказал… что-то про исполнение заветного желания.

«Какое же у тебя заветное желание, смертный?»

— Я надеялся узнать это здесь, — честно ответил принц. — Он сказал — появится то, чего ты больше всего желаешь.

«Но с тех пор ты желаешь иного».

— Да. — Принц опустил голову. — Ведь я уже был в Звездном Колодце. А до того я видел людей, о которых никогда больше не хочу вспоминать — но, боюсь, буду помнить вечно. И теперь я совсем не знаю, чего хочу. Знаю только, что это не золото. И не корона в чужом краю, ни обычаев, ни языка которого я не знаю, и где даже дети смотрят на меня с ненавистью. Теперь я хочу другого…

«Это хорошо», — заметили все четверо разом. Римьерос так и ощутил это «хорошо» — сразу с четырех сторон.

— Наверное, — е силой выдохнул он, собравшись с мыслями, ибо внезапно все сделалось для него кристально ясным, и он не понимал теперь, как мог не видеть этого раньше. — Больше всего я хотел бы иметь свое маленькое королевство. Но мне не нужно чужого, не нужно большое королевство брата — мне бы что-нибудь поменьше. И свое. И чтобы меня любили в нем так же, как эти наверху любят своего кайбона.

«На это нужно тринадцать поколений», — ответили они со смехом.

— Пусть я буду первым, — упрямо тряхнул головой юный принц.

«Да будет так, — отозвались они. — Возвращайся в свой домен и сделай из него такое королевство. Однако не жди, что на этом все закончится. Хочешь ты того или нет, но престол Зингары ждет тебя. От судьбы не уйти даже бессмертным — не противься ее воле».