Адмирал Ушаков: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Заметив ослабление атаки, капудан-паша стал непрерывно усиливать нажим на русский авангард, вводя в бой другие корабли «с большими орудиями»[164].

Ушаков быстро разгадал и оценил тактический замысел капудан-паши, который хотел окружить русский авангард и уничтожить его. У него мгновенно созрел план не только помешать противнику осуществить свои намерения, но и поставить его в невыгодное и рискованное положение. Ушаков приказал сигналом выделиться из линии баталии фрегатам и прийти на помощь авангарду. Так родилась идея создания «корпуса резерва». Этим манёвром Ушакова противник ставился под огонь с двух сторон. Остальным кораблям Ушаков приказал плотнее сомкнуть боевую линию. Сам же он с кордебаталией, прибавив парусов, поспешил к авангарду «против усилившегося неприятеля». При таком манёвре атакующие корабли и часть кораблей кордебаталии противника оказались под сильным огнём русского флота.

Встречный ветер не давал русским судам подойти на короткую дистанцию.

Около трёх часов дня ветер переменился, и русские эскадры, оказавшись в выгодном положении, получили возможность приблизиться к линии противника на такую короткую дистанцию, что даже «картечь из малых пушек могла быть действительна»[165]. На турецкие корабли обрушилась лавина картечи, рвавшая в клочья паруса, такелаж и засыпавшая палубы обломками мачт и рей. Особенно большие и тяжёлые потери от картечи несли десантные войска, находившиеся на палубах. На многих кораблях турки, спасаясь от ураганного огня русской артиллерии, закрывали пушечные порты.

Капудан-паша заметил невыгодное положение своего флота относительно ветра и приказал всей линии совершить поворот против ветра на другой галс, чтобы в свою очередь занять удобную позицию. Совершая этот поворот, некоторые корабли противника подошли ещё ближе к русской линии и оказались под губительным обстрелом русских пушек. Флагманский корабль «Рождество Христово» и шедший перед ним «Преображение» оказались ближе всего к противнику и, засыпая его ядрами, брандскугелями и картечью, причинили «великий вред на многих кораблях».

Два неприятельских корабля, один с подбитыми стеньгами и реями, другой с раздроблённой мачтой и повреждённым рулем, потеряв управление, оказались так близко к русским кораблям, что появилась опасность столкновения с ними. Этим воспользовались русские канониры и произвели на них страшные опустошения.

Турецкий корабль вице-адмирала с сильно подбитыми парусами и рангоутом, плохо слушаясь руля, идя параллельно русской линии, подвергся обстрелу всех русских судов. Сбитые турецкие флаги, в том числе и вице-адмирала, полетели в море. Один из них был поднят посланной с корабля «Георгий» шлюпкой и стал почётным трофеем.

Увидев, в какое трудное положение попали его корабли, капудан-паша вместе с остальными судами спустился под ветер и бросился на помощь. Идя параллельно русской линии контр-галсом[166], он попал под прицельный огонь всех пушечных калибров. Русские моряки наблюдали «великое повреждение его кораблей и множество подбитого экипажа»[167]. При этом кирлангич с людьми был потоплен.

Ушаков мастерски использовал переменившийся ветер и совершил искусный манёвр. Он с кораблями кордебаталии, выйдя из линии на помощь авангарду, оказался на ветре. Чтобы напасть на турецкие суда с ветра всеми силами, он сигналами приказал авангарду «вдруг поворотить овер-штаг»[168]. Флагманскому кораблю «Рождество Христово» приказано было стать во главе боевой линии. Все корабли, не соблюдая порядковых номеров, должны были как кому удобно, но как можно скорее вступить в кильватер корабля Ушакова. Ставить корабль командующего первым в линии баталии и позволять кораблям входить в линию «по способности случая» было неслыханным нарушением тактических канонов и категорически запрещалось всеми западноевропейскими уставами. В Англии за подобные нарушения полагалась смертная казнь.

Но Ушаков смело ломал отсталые и обветшалые формы боя и на практике доказывал преимущество своих новых тактических приёмов.

Разрешение командирам кораблей не соблюдать порядковых номеров при вхождении в линию позволило Ушакову построить новую линию боя в исключительно короткое время. Решиться на такой манёвр в момент сражения можно было, только хорошо зная своих командиров и экипажи, веря в их мастерство, смелость и выучку. Ушаков хорошо знал своих воспитанников, знал и верил им. Оказавшись на ветре со всем флотом, Ушаков, развернув все паруса, стал надвигаться на неприятеля. Капудан-паша, не ожидавший такого манёвра, пришёл в полное замешательство. Ему приходилось перестраивать боевую линию под ветром и при атаке русских кораблей, и он решил вырваться вперёд. Прибавив парусов и прикрывая повреждённые корабли, пользуясь лёгкостью хода обшитых медью и имеющих хорошие обводы судов, Гуссейн стремился опередить русские корабли (см. схему 3).

Схема 3. В 17 часов 30 минут турецкий флот, прикрывая повреждённые корабли и сохраняя боевую линию, пытается выйти из боя. Контр-адмирал Ушаков, находясь на ветре, настойчиво преследует противника.

Но как ни старался капудан-паша уйти от удара, Ушаков, сигналя о погоне, «спускался с поспешностью на него». И только тяжёлый ход многих русских кораблей позволил турецкому адмиралу продолжать уклоняться от боя.

Ушаков понял хитрость турецкого адмирала, который «провожая время, ожидал темноты ночи», чтобы скрыться от преследования. Но Ушаков бессилен был помешать этому. Тяжёлый ход кораблей не позволил ему настигнуть очень потрёпанного, но всё ещё сильного и имеющего преимущество в ходу противника (см. схему 4).

Схема 4. Беспорядочное бегство турецкого флота, преследуемого русскими судами. Флагманский корабль Ушакова старается настигнуть корабль капудан-паши.

В девять часов вечера ночная темнота скрыла неприятельский флот. Это спасло его от преследования и уничтожения повреждённых кораблей.

Не видя турецких судов, так как они не зажигали огней, Ушаков продолжал идти тем же курсом, надеясь ночью при восходе луны или утром оказаться вблизи неприятельского флота. Чтобы держаться в линии и не потеряться в темноте, Ушаков приказал зажечь на судах опознавательные огни.

Всю ночь шли под всеми парусами, но так и не увидели судов противника. Утром следующего дня турецкая эскадра также не была обнаружена.

На некоторых русских судах обнаружились повреждения в рангоуте, не отремонтировав их, нельзя было идти на поиск неприятеля к румелийским или анатолийским берегам. Поэтому Ушаков повернул эскадру к Феодосии и утром 9 июля лёг на якорь в дальнем расстоянии от берега.

Подвели итоги потерям, они оказались сравнительно невелики, принимая во внимание длительность боя, силу и упорство противников в сражении. Бой 8 июля длился пять часов. На флоте оказалось двадцать девять убитыми и шестьдесят восемь человек ранеными. Повреждения корпусов кораблей и других судов были «весьма малы». Больше всего пострадали снасти, такелаж и паруса. Все повреждения можно было легко устранить.

Исправив наиболее важные повреждения, Ушаков на следующий день снялся с якоря и 12 июля 1790 г. прибыл в Севастополь[169].

Турецкий флот, превосходивший русский флот своей численностью и качеством судов, потерпел поражение. Многие суда, особенно корабли капудан-паши, вице-адмиральский и контр-адмиральский, сильно пострадали от меткого огня русской артиллерии. Людские потерн у турок были чрезвычайно велики, так как на кораблях находились десантные войска. Гуссейн поспешил укрыться в портах, чтобы привести флот в порядок. Весть о страшном адмирале «Ушак-паше» разнеслась по всей Турции.

Высадить десант в Крыму и на этот раз туркам не удалось.

Сражение в Керченском проливе 8 июля 1790 г. было крупной победой Черноморского флота. Его успех был обеспечен блестящим применением новых тактических приёмов Ушакова и прекрасной боевой подготовкой личного состава флота.

В этом сражении родилась идея организации из быстроходных и подвижных фрегатов резервного отряда. Командующий, в распоряжении которого находился этот отряд, мог бросить его на подкрепление угрожаемого участка или для усиления удара в намеченном направлении. Наличие такого подвижного отряда, впоследствии названного эскадрой «кейзер-флага», сыграло в дальнейших блестяще проведённых Ушаковым сражениях немаловажную роль.

Совершенно новым манёвром в тактике морского боя была перестройка боевой линии в ходе боя без соблюдения ранее установленных мест. Такой манёвр ставил противника в сложное положенно и заставлял его перестраиваться в очень невыгодных условиях. Все это привело к замешательству и беспорядочному бегству противника. Таким же новаторством была и постановка флагманского корабля в голове боевой линии: его место строго определялось всеми уставами и центре. Ушаков счёл необходимым в решающий момент личным примером увлечь подчиненных для успешного завершения боя. Сила личного примера великого полководца А. В. Суворова не раз выводила из критического положения армию и обеспечивала победу.

Так Суворов в армии, а Ушаков на флоте создавали новую тактику боя.

Наконец, сражение в Керченском проливе ещё лишний раз убедило Ушакова, что удар по флагманским неприятельским кораблям — наиболее эффективный путь к победе.

[164] Там же.

[165] «Материалы», ч. XV, стр. 312.

[166] Контр-галс — курс, противоположный курсу противника.

[167] «Материалы», ч. XV. стр. 313.

[168] Овер-штаг — поворот корабля против ветра на другой галс.

[169] «Материалы», ч. XV, стр. 311–314.