— Ладно, — согласилась Аврора. — Давай.
Пальцы Селестины скрючились, словно когти. Она полоснула ногтями по щеке Авроры, разрезая её кожу. Прежде чем Аврора смогла отреагировать, Селестина прижала пальцы к царапинам, ногти впились в раны. Тепло распространилось по линии, пульсируя в её голове, какая-то сила промчалась по венам Авроры, схватив и сжав её грудь. Толчок пронзил руку Авроры, и девушка отпрянула.
— Да, — Селестина отпустила её, и голос её зазвучал теплее. — Спасибо.
Аврора вынуждена была держаться за стену, чтобы устоять.
— Я сделала то, что ты просила. Скажи, откуда ты знала маму.
— Потому что она пришла ко мне. Как ты однажды придёшь. Рыдающая, отчаявшаяся. Просила помощи. Ибо кто ненавистнее, чем королева, которая не может иметь ребёнка?
Аврора пошатнулась, заставляя себя держаться на ногах.
— Ложь.
— Ты всё ещё не хочешь верить? Я никогда не лгу. Она пришла ко мне. Умоляла о магии. Хотела единственное, что могло спасти её, единственное, что заставило бы людей вновь поддержать её. Она пыталась предать меня, конечно, я знала, что так будет. У неё был выбор — следовать нашему соглашению. Но нет. Поэтому есть ты.
— Ты прокляла меня, чтобы наказать мою мать?
— Я прокляла тебя, потому что ты мне нужна. Ты — это ты. Ты уколола свой палец, как твоя мать решила предать меня. Ты решила привести себя сюда. Поэтому ты однажды присоединишься ко мне, — она осмотрела переулок. — Слушай крики, Аврора. Город горит. Люди умирают из-за тебя. Если бы ты пошла со мной, как я предлагала, они были бы живы.
Аврора покачала головой.
— Это не так, — сказала она. Но это было правдой.
— Знакомая история, Аврора. Спасала город, свой контроль, решив, что так правильно. Они убьют тебя однажды. Они потянут тебя вниз, пока не останется одно ожесточение. Пока не станешь такой, как я.
— Нет. Я никогда не буду такой, как ты.
— Ты такая же, как я. Это твоё проклятье, как видишь. Не настоящая любовь, не сон, что продлится век. Это лишь нити, которые в одно мгновение привели тебя сюда. И если ты не поможешь этим людям, они тебя уничтожат. И если покажешь им, насколько сильна на самом деле… они тоже тебя уничтожат. Твоё проклятье в том, что ты не можешь помочь, не выбрав меня. Единственный вопрос в том, сколько всего ты сожжёшь по пути.
— Я лучше сожгу всё, чем буду работать с тобой.
Пальцы Селестины скользнули по щеке Авроры, оставляя кровавые пятна.
— Какое ожерелье ты носишь… Подарок Ванхельмского принца? — она провела пальцем по цепочке. — Да, привлекательно. Тоже увлекаюсь драконами, — она скользнула назад, улыбаясь. — Мы скоро увидимся, я знаю. Завтра, на следующей неделе, через год, когда ты всё разрушишь… Ты примешь моё предложение. А пока удачи, моя дорогая.
Её шаги отдалялись. Аврора неподвижно стояла, едва смея дышать. Селестина не вернулась.
Она могла слышать панику на улицах, людей, которые кричали и кричали, звон оружия. Она не могла остаться тут, но ноги дрожали под собственным весом, лоб был жарким и липким, словно на неё нахлынула лихорадка. Её мать заключила сделку с ведьмой.
Но Селестине нельзя доверять. Она только пыталась обмануть Аврору, заворожить её. Нельзя верить её словам.
Шаги послышались в переулке. Она прижалась к стене, но человек не остановился.
Она должна идти. Сейчас.
Она смотрела на ящики. Тристан сказал, что можно пройти полгорода по крышам. Всё видеть. Может ли она пройти вот так? Ящики казались гнилыми, неустойчивыми, но если быть осторожной… Её сердце колотилась, меч сжимался в руке, и она попыталась взобраться наверх. Юбка зацепилась за сучок и порвалась. Дерево скрипело, прогибалось под ногами, но не рушилось. Наконец, она оказалась на крыше.
Люди внизу бежали, боролись. Стража была всюду. Сталкивались мечи. В небе светило солнце, близился полдень. Повернувшись к нему спиной, она поспешила на запад. Ей придётся ещё раз поверить Финнегану на слово.
Глава 28
Аврора слезла с крыши у западной части города. Здесь здания были ещё более редкими, дороги — избитыми. Место казалось пустынным, словно все до одного ушли на свадьбу.
Стена маячила впереди. Аврора подняла голову, взглядом скользя по зданиям. Большинство оказались изношенными хижинами, брошенными домами или старыми каменными, за которыми ухаживали только птицы. Она вновь посмотрела в небо, глядя на ленивые облака, видя рваные концы стен, башни, которые упоминал Финнеган, и несколько высоких зданий, таких кривых, словно они не могли держаться самостоятельно.
Наконец, она увидела вывеску на одном из зданий: фея в смешном наряде балансировала на канате, палочкой указывая на север. Вывеска была побитой, наполовину упала, словно кто-то регулярно за неё цеплялся.