– Смерть для людей неизбежна. Она все равно когда-нибудь умрет. Но реальный вопрос в том, будет ли она жить вечно? – Эш пошел от него прочь, но остановился. – А ты?
Вэйн остался стоять там, в тишине обдумывая слова Эша.
Лайза вернулась с чаем, и Вэйн поблагодарил ее, прежде чем попробовать напиток.
К его смятению, Эш оказался прав. Ему действительно понравилось.
Эш поднял ребенка и вернулся к нему.
– Знаешь, всегда есть возможность, что Брайд может не принять тебя. Встреться с ней как человек, Вэйн. Покажи ей то, что твой отец никогда не показывал твоей матери. Позволь ей увидеть и человека, и животное, а потом дай решить самой.
– А если она покинет меня?
– Это то, чего ты боишься больше всего?
Вэйн отвел взгляд. Будь Эш проклят за проницательность. Нет, самым большим его опасением было то, что она примет его, а он не сможет уберечь ее от своих врагов.
– Все, что ты реально можешь сделать, это отдать все и верить, что все получится.
– Ты на самом деле веришь Мойрам?
Ответ Эша удивил:
– Нисколько. Они делают ошибки точно так же, как остальные. Но, в конце концов, ты должен во что-то верить. – Эш крепко прижал ребенка к груди. – Так что ты выберешь?
Вопрос Эша не выходил из головы Вэйна всю обратную дорогу к магазину Брайд. Он не знал, что выбрать, а Эш ничем по-настоящему не помог ему.
Находясь в форме волка, он обнюхал тротуар у двери ее магазина. С тех пор, как Вэйн поселился у нее, она начала оставлять дверь магазина приоткрытой, когда он уходил.
Как будто знала, что он вернется.
Она также постелила за прилавком удобный матрас с набивкой из соломы, чтобы ему было удобно лежать и присматривать за ней пока она работает. Ему действительно нравилось наблюдать за ней, особенно, когда она общалась с другими людьми. В ней была доброта, которая, как он знал, отсутствовала у других.
Особенно ему нравилось наблюдать за ней и Табитой. Вместе они были очень забавны. По крайней мере, когда не обсуждали каждого представителя его пола, за исключением своих отцов, черт возьми.
Он почти был готов к тому, что Табита попытается кастрировать его просто потому, что он – самец.
А прямо сейчас Брайд сидела на деревянном табурете за конторкой и доедала половину сэндвича.
– Вот и ты, – улыбнулась она ему. – Я задавалась вопросом, что с тобой случилось.
Она протянула ему вторую половину бутерброда, позволив съесть его с руки. Вэйн прикончил его, и положил голову к ней на колени. Она погладила его за ушами, и от ее нежности он растаял.
Возможно, Эш прав. Разве не должен он сделать это для них обоих, чтобы, по крайней мере, предоставить ей выбор?
Вэйн Катталакис никогда не позволял страху управлять собой. Но он никогда и не терял никого до того случая восемь месяцев назад.
За одну ночь он потерял все.
Боже, как он устал от одиночества. Так сильно устал никому не доверять.
И от того, что ему не с кем посмеяться.
Возможно, Брайд – его будущее.
Может быть, ему нужно попытаться и посмотреть, что получится.
Но как?