– Игра окончена, партнер. Неужели ты действительно надеялся, что все сойдет тебе с рук?
– Ты мой должник. – Чак сжал кулаки.
– Правда? Потому что взял тебя на работу, когда ты вконец разорил собственное ранчо? Потому что тебя все гнали, а я приютил?
– Ты меня использовал! – взорвался Чак. – Использовал дружбу со мной, чтобы втереться в доверие к моему отцу, который относился к тебе лучше, чем к родному сыну. Он научил тебя управлять вертолетом. Если бы не это, ты бы никогда не встретился с Бруно Кертцем и никогда бы не стал тем, кто ты сейчас.
– Все правильно, – кивнул Синджун. – За исключением одного. Лен никогда не считал, что я лучше тебя.
– Ты стал богачом только благодаря нам с отцом. Если бы ты после его смерти не бросил меня, я бы не разорился.
– Значит, из-за того, что я не остался с тобой на ранчо, ты вошел в сговор с моим финансовым директором и состряпал фальшивое завещание, подделав мою подпись?
– Это не я.
– А кто же?
– Мэри, – буркнул Чак, потом ненавидящим взглядом окинул стоявшую в углу Анжелику. – Все из-за этой сучки!
– Да? Анжелика уговорила вас с Мэри уничтожить настоящее завещание и состряпать новое? По которому все мое движимое и недвижимое имущество достается тебе?
– Оно принадлежит мне! – фальцетом завопил Чак. – Ты обращался со мной как с лакеем! Ты получил то, что должно было принадлежать мне и только мне.
– Поэтому ты решил убить меня и вернуть себе то, что я у тебя якобы отнял?
– Да. Да, да!
– Где остальные?
– Берегись! – закричала Анжелика. – На столе! Но было уже поздно. Синджун еще вынимал из кармана свой пистолет, а Чак уже выхватил из ящика оружие и направил его на Анжелику.
– Сука! – прорычал он, скаля зубы, словно дикий зверь. – Если бы не ты, все давно было бы кончено.
Синджун шагнул к ней.
– Еще один шаг, и я пристрелю ее. Возможно, я убью ее в другом месте. Только не надейся, что я передумаю.
– Уходи, Син.
– Какой героический поступок! – расхохотался Чак. – Смотри, Син. Она готова умереть за тебя.
– Чак, остановись, пока не слишком поздно.
– Уже поздно. Знаешь, Мэри возненавидела тебя, когда ты отверг ее. Для женщин это всегда удар. А Лорейн ушла от Гарта, потому что хотела затащить тебя в свою постель. Тебя, а не меня. Но я не обижался, потому что вел свою игру и выиграл бы, не подвернись эта чертова журналистка. Все было разыграно как по нотам: серия якобы неудавшихся покушений заставила тебя уединиться на острове, а закончилось бы уединение самоубийством. Твоим и Лорейн.
– Если ты убьешь меня и Анжелику, тебе все равно не скрыться.
Чак лишь усмехнулся и вдруг задумчиво произнес:
– Лорейн воспользовалась мной так же, как я в свое время Ди-Ди. Тот ребенок был от меня. Я любил ее, но она предпочла тебя, хотя ты ее даже не замечал. Тогда она пришла за утешением ко мне. Она была уже беременна, когда сумела каким-то чудом переспать с тобой.
– Замолчи! Не смей так говорить о ней.
– Почему? Она сказала, что забеременела от тебя, и ты был вынужден жениться на ней.
– Я сам предложил ей выйти за меня замуж. Я хотел ребенка. – Синджун закрыл глаза от боли.
– Моего ребенка? Ты получил по морде, ублюдок. Ди-Ди использовала моего ребенка, чтобы заставить тебя жениться, а потом избавилась от него, потому что она хотела лишь тебя. Я опять должен был утереться? Ну уж нет. Она получила по заслугам.