– Ладно, забудь. Это не имеет значения. – Ничего, сейчас он забудет обо всем, кроме того, что она собирается ему дать.
– Но что случилось? Почему ты просишь меня об этом?
– Уже не прошу, – небрежно отмахнулась Лорейн и переставила свечку на низкий столик.
– Ты хочешь пить? Могу принести тебе чего-нибудь.
– Не хочу. Но ты можешь сделать еще лучше. Помнишь, как ты натирал меня лосьоном у бассейна?
– Помню, – ответил Кэмпбелл и смущенно отвернулся.
– Можешь сделать это еще раз?
Он промолчал. Тогда Лорейн придвинулась к нему, осторожно провела рукой по его голой ноге.
– Если тебе не хочется, не буду настаивать.
– Кажется, у нас нет лосьона.
– Обойдемся и без него. Ты поможешь мне расслабиться и успокоиться. Могу сначала помассировать тебя. Хочешь?
– Чаку не понравится.
– Почему? Не вижу ничего плохого, если два человека помогают друг другу расслабиться.
– В этом нет ничего плохого, но все-таки.
– А это что? – Лорейн показала на флакон с бледно-золотистой жидкостью, который стоял рядом с магнитофоном.
– Ароматическое масло. Нагреваешь его над свечой, и оно хорошо пахнет. Действует умиротворяюще.
«К черту умиротворение», – подумала Лорейн.
Довольно улыбнувшись, она взяла флакон, открыла пробку, налила масла на ладонь. Жидкость издавала сильный пряный аромат мускуса, ванили и чего-то терпкого.
– М-м-м… чудесный запах. Давай согреем его, тогда будет еще лучше пахнуть. – Она принялась растирать Кэмпбеллу плечи и грудь. – Неужели тебе не нравится?
– Нравится, – пробормотал он.
Когда ее пальцы начали описывать круги вокруг его сосков, юноша вздрогнул и удивленно взглянул на ее руки.
– Разве ты не знал, что от прикосновений к этим точкам бывает очень приятно? О, Кэмпбелл, держу пари, тебе незнакомы миллионы других восхитительных ощущений. Прошу тебя, не уходи. Не оставляй меня одну. Ты мне так нужен, Кэмпбелл!
– Почему тебе необходимо прятаться? Я всегда готов помочь, но должен знать, что происходит..
– Просто ты мне нужен, вот и все. С тобой мне хорошо, спокойно, а теперь я хочу именно этого. – Приложив совсем немного усилий, Лорейн заставила себя заплакать.
– Ну хорошо, только не плачь. Ложись на кушетку, на полу слишком жестко.
Слишком жестко? Для нее не существовало такого понятия.
– Нет, лучше помассируй меня так, как это делала я.
Наступила томительная пауза. Затем Кэмпбелл налил в ладонь немного масла, растер и неуверенно прикоснулся к ее плечам, шее, рукам. Не открывая глаз, Лорейн медленно стянула вниз лиф платья, хорошо представляя себе зрелище, которое открылось жадному взору Кэмпбелла.
– Может, ты ляжешь на живот? – хрипло предложил он. – Тогда я мог бы растереть тебе спину.
Вместо ответа Лорейн расстегнула юбку, и она упала на пол.