Тайрус похлопал волка по плечу, когда тот, принюхиваясь, выдвинулся вперед.
— Рад видеть тебя, Фердайл. — Затем он обернулся к остальным собравшимся и слегка поклонился. — Добро пожаловать в мой дом. Добро пожаловать в замок Мрил.
Мишель была поражена, сколько достоинства может выказать человек, нагой, как младенец. Мерик поклонился в ответ и вкратце рассказал о «Штормовом крыле», пока Мишель осматривала мертвые тела в поисках оружия. Обернувшись, она спросила:
— Что с остальными? Могвид, Крал, Нилан?
Тайрус стянул с мертвого тела накидку и завернулся в нее.
— В подземелье. Я проведу вас к ним. Теперь есть шанс сбежать, когда над нами корабль. — Он начал прокладывать путь.
Мишель взглянула на пустую стену, из которой тот ступил, Тайрус заметил ее взгляд.
— Дополнительный дар Стены королевской семье.
Мишель кивнула, едва разобрав смысл сказанного. Все объяснения подождут до лучших времен.
Вместе они продолжили свой путь вниз по залам. Со способностью Тайруса сливаться со стеной и устранять препятствия, им потребовалось не много времени, чтобы пройти мимо комнаты охранников и проникнуть в подземелье.
Мишель отворила камеру.
Крал подскочил первым. Его глаза широко распахнулись при виде вновь прибывших.
— Мерик?
Эльфийский лорд приветственно кивнул.
— Столько времени прошло, человек с гор.
Могвид последовал за Кралом, поддерживая за руку Нилан. Фердайл обнюхал своего брата-близнеца, проскулив приветствие. Могвид коротко поблагодарил брата, охнув от невероятно легкого веса нимфаи.
— Она слабеет, — проговорил он. — Нужно вернуть ее обратно в лес. Оставим это дурное место дварфам.
— Нет, — возразила Мишель. — До тех пор, пока мы не отыщем место расположения Врат Плотины и Грифона.
Тайрус нахмурился.
— Врата Плотины? Я ничего не знаю об этом, но слышал, что грифон вернулся под какой-то кров на севере.
— В Цитадель, — добавил Крал. — Мы должны отправиться туда!
Мишель кивнула.
— Мы отправимся. Мы должны. Идем. Я все объясню по дороге к «Штормовому крылу». Врата Грифона должны быть разрушены.
— Постойте, — проговорил Мерик, обернувшись к воскресшей нимфаи. Он неловко поставил свой громоздкий, объемистый сверток и пошарил внутри. В его руках появился предмет, обернутый чем-то фиолетовым. Приподняв его. Мерик стянул обертку и обнажил небольшой музыкальный инструмент. Древесное сердце лютни испускало такое сияние, будто она светилась собственным теплым внутренним огнем. Когда Мерик протянул крошечный инструмент Нилан, его темные завитки вспыхнули золотом.
— Думаю, это принадлежит тебе, — прошептал Мерик, опустившись на колено.
Дрожащими пальцами Нилан приняла потерянную лютню. Ей будто вернули самый важный орган. Она вздохнула, когда теплое дерево коснулось ее кожи, будто солнечный свет после бесконечной ночной тьмы. Она погладила поверхность инструмента, чувствуя присутствие духа внутри дерева. Поднеся его к губам, нежно поцеловала.
— Ненаглядная моя, — тихо прошептала она, согрев дерево своим дыханием.
Глаза Нилан наполнились слезами, когда она взглянула на М ерика.
— Спасибо тебе. — Жизненные силы наполнили все ее существо. Она уже могла самостоятельно стоять на ногах — две разрозненные половинки стали единым целым.
— Нужно уходить, — прервал Тайрус. — Трупы скоро обнаружат. Нужно уйти прежде, чем замок проснется.