За входом в туннель завывающие ветры стихли. Джоах ухватился за нить между двумя мирами и ввел свой дух в сонные пески.
— Слушайтесь меня! — приказал он, вскидывая руку.
По его команде поднялась песчаная волна и перекрыла вход в туннель, загородив двор.
Вызвав это по своей воле, Джоах все же в изумлении отпрянул назад, возвращаясь в реальный мир. Каст подхватил его, но тот вырвался.
— Мы должны спешить, — проговорил он, глядя на высеченное сооружение. — Я не знаю, как долго эта песчаная гора сможет сдерживать их.
Каст тронул стену, Кесла подняла сверкающий талисман выше.
— Это не песок, — сказал великан. — Это скала.
Сайвин пробежала пальцами по поверхности.
— Песчаник.
Джоах сам прикоснулся к стене. Она была массивна.
— Здесь должен быть поток силы, — пробормотал он, вспомнив, как энергия посоха Грешюма обратила его первую сонную скульптуру в скалу; но он не был убежден в этом. Он вспомнил фигуру в сонной пустыне и нахмурился.
— Может, это сделал шаман Партус? Он сказал, что может помочь.
— Шаман Партус? — Кесла взглянула на него.
Джоах покачал головой.
— Это неважно. Давайте найдем проклятого василиска и прекратим этот ужас.
Кесла кивнула и повернулась вместе с талисманом к черному туннелю, ее лицо озарялось зеленоватым свечением.
— Но где мы начнем поиски?
Грешюм отшвырнул Рукха с дороги, как только выкарабкался из крошечной ниши в освещенную луной пустыню.
— Проклятый мальчишка слишком быстр! — Маг со всей силы ударил посохом о песок. — Он станет кормом для этих кровожадных бестий раньше, чем доберется до цели.
Опершись на посох, Грешюм тяжело вздохнул и покачал головой. Глубоко внутри он был впечатлен способностями Джоаха. Мальчик быстро наращивал свои навыки. Понадобилось совсем немного темной магии Грешюма, чтобы закрепить его песчаную стену. Однажды он станет великим ваятелем — если, конечно, доживет до этого дня.
— М-м-мастер, — промычал Рукх, прижавшись к земле. — Я убить мясо.
Обернувшись, Грешюм увидел распотрошенные тела трех песчаных собак.
— Грызуны. Я тратил свою энергию, ожидая мальчишку, только для того, чтобы выпустить его из своих рук, а мой гном приносит мне песчаных собак. — Закатив глаза, Грешюм протянул ладонь.
Рукх, как всегда покорный, поспешил положить в ладонь мясную тушку. Грешюм принюхался к окровавленному, сырому мясу, затем взглянул на свое вырытое подземелье.
— Видимо, мы то, что мы едим. — Несколькими торчащими из десен зубами он отодрал мясо от крошечных костей, задумчиво пережевывая его. — Но, в конце концов, мальчишка здесь, близко, — проговорил Грешюм, вытирая губы рукавом. — И мы знаем, куда он направляется.
Наполнив желудок мясом, Грешюм почувствовал, что заправился для финального сражения. Время ожидания и составления планов закончилось.
Отшвырнув кости, он направился к пещере.
— На этот раз я буду готов.
Кесла ползла по коридору, прислушиваясь к шумам. Благодаря подготовке убийцы, она могла распознать скребущий топоток мыши и точно сказать, самец это или самка. Но из-за шепота идущего за ней отряда и скрежета подошв о скалу было трудно сконцентрироваться. Она съеживалась при испускаемом ими шуме, в полной уверенности, что он привлечет внимание чудовищ, затаившихся в темноте.
Она подняла выше свой акулий талисман, но тот испускал слишком мало света, чтобы помочь им выбраться из туннеля. От этого зала отходили три дороги. Какую из них выбрать? С момента проникновения в туннель дорога прямо вела в сердце Южной Стены, но теперь нужно было принять решение.