– Вы меня не помните?
– А… Вы брали интервью…
– Интервью – это такая мелочь для наших с вами отношений!
– Наших с вами? – он высокомерно приподнял бровь.
– В какой-то мере мы решали судьбы друг друга. Хорошо, что есть Некто, имеющий возможность менять наши решения… Правда?
– Евгений Петрович, – обратился Александров к Левицкому. – Мне непонятно ваше молчание. Если это все официальное мероприятие, то давайте как-нибудь и оформим его официально. Это допрос? Беседа? Что это?
– Ни Боже мой! – вмешалась Анюта. – Я ведь снова обманула! Я веду частное расследование… – Левицкий страшно пожалел, что оставил дома сердечные лекарства жены: ему натурально стало плохо.
– Это ваша последняя версия? Вы, наконец, на чем-нибудь остановитесь? – поинтересовался депутат.
– Да, теперь последняя. Я искала и нашла три миллиона долларов, часть из которых была на счетах в банках, а часть в акциях. Эти деньги были подарены вашей женой Игорю Ледовских, все это оформлено официально, имеется дарственная, а у Игоря Ледовских имеются наследники. Их интересы я и представляю.
За столиком наступила гробовая тишина.
– Так… – наконец, сказал Александров. – Предположим, вы говорите правду, и такая дарственная, действительно, существует… Она у вас на руках?
– Да. Причем именно подлинник, а не ксерокопия, как, вероятно, у вас…
– И акции?
– И акции.
– Как они выглядят?
– Красно-зеленые бумаги с водяными знаками. Такие бледные бумаги… – с удовольствием сказала Анюта.
Только сейчас помощник сел за стол. Официант хотел подойти, но тот ненавистно мотнул головой – официант замер на месте.
– Так при чем здесь мы? – спросил помощник. – Реализуйте свое право на это имущество.
– Это не так просто… – сказала она первое, что пришло ей в голову.
– Вот! – помощник поднял указательный палец. – Если начнется шум, если все будут упорствовать, то простым это дело не будет! У нас великолепные адвокаты. Ваши клиенты получат в несколько раз меньше. В итоге все проиграют. Все, кроме конкурентов… Так, может, договоримся?
– Давайте договариваться! – легко согласилась Анюта. – Но прежде чем мы начнем это делать, я хотела бы объяснить, что договариваться вам придется с людьми, которые все знают!
– Что все?
– Да все! Поэтому начинайте сразу с серьезных предложений!
Они оба помолчали, причем вид у Александрова был ужасно утомленным. Казалось, что брови, глаза, щеки – все линии лица потекли вниз под влиянием страшной силы тяжести. «Как он, наверное, устал!» – подумала Анюта.
– И потом, вы меня чуть не убили! – обратилась она к помощнику.
– Я?!
– Думаю, вы… Вряд ли вы кого-то нанимали для этих целей. Вы такой осторожный и жадный… Правда, еще кто-то сидел за рулем машины, которая заехала в арку. Неужели вы, Евгений Владимирович? – она посмотрела на депутата с веселым осуждением.
– Вы правда полковник ФСБ? – спросил Александров у Левицкого. Тот никогда не был в более глупом положении. Сидел, молчал, а на его глазах разворачивалось представление на непонятном языке!
И реакция у Левицкого тоже стала какой-то непонятной. На нормальный и разумный вопрос он вдруг пожал плечами, скосил глаза вбок, словно чего-то стеснялся… Депутат и помощник переглянулись. «Не верят!» – с ужасом подумал он. «И прекрасно!» – подумала Анюта.
– Ладно, оставим это! – сказал помощник. – Все эти обвинения – липа. Давайте поговорим об акциях.