Тинг уставилась в свою пиалу.
— Тревожит? Пожалуй. Немного. — Девочка подняла голову. — Каждый из моих друзей точно знает, в чем его Талант. Джейсон — Хранитель Врат, Рич — целитель, Стеф владеет искусством превращения.
— А Трент?
— Ну, — пожала плечами Тинг, — Трент, пожалуй, исключение. Как и я. Да, я могу совершать какие-то мелкие магические действия. Но это все — не Талант. Ты меня понимаешь? — и пристально посмотрела на бабушку.
— Понимаю. У меня нет точного ответа для тебя. Могу лишь сказать, что земля вращается, поворачиваясь к солнцу разными сторонами. Так что в конце концов темных мест не остается. — Внучка явно не успокоилась. Тогда миссис Ки протянула руку и погладила ее по плечу. — Я думаю, твой Талант будет проявляться постепенно, и с этим придется смириться.
Тинг кивнула, продолжая вертеть в руках пиалу.
— Ночью мне приснился дом.
— Понятно. Ты скучаешь?
— Не мой дом. Твой. Дом с драконом.
— В самом деле?
В глазах бабушки вспыхнул интерес:
— И что с моим драконом?
Она тоже скучала по своему дому с бронзовым флюгером в виде китайского дракона на крыше; на протяжении долгого времени он охранял их семью. Эту древнекитайскую бронзовую фигуру Ки, еще будучи девушкой, привезла с собой в Америку, отказавшись от многих вещей. Длинное, извивающееся тело, покрытое цветной эмалью, вращавшееся под порывами ветра, всегда было больше чем обычным флюгером.
— Мне снилось, что он несчастлив из-за того, что мы его покинули, и хочет оказаться здесь, с нами, над крышей Академии.
Тинг воочию представила себе эту картину, и ее глаза заблестели.
— У него есть его собственные обязанности. Он с тобой разговаривал? — мягко улыбнулась бабушка.
— Да. — Тинг допила чай и осторожно поставила пиалу на стол. — Помнишь, как он прошипел нам «Джейсон»?
— Помню.
— И мне это не показалось?
— Полагаю, что нет. — Миссис Ки оперлась локтями о стол и наклонилась к внучке: — Много лет назад мой дедушка был китайским магом…
Тинг слегка поморщилась — она уже много раз слышала эту историю.
— Я помню.
Бабушка кивнула:
— Да, я тебе рассказывала. Но не все, — и подняла вверх палец, призывая к вниманию. — В старину китайские маги обладали многими способностями. Мой дедушка был акробатом, актером, певцом, фокусником, он умел перевоплощаться, создавать иллюзии, выполнять разные трюки. Ничего не осталось от тех времен: письма и другие бумаги уничтожены во время войны и чисток. Есть лишь воспоминания… — Миссис Ки постучала пальцем по крышке стола. — Он прыгал сквозь горящий обруч, создавал из воздуха бумажные хризантемы. И еще он умел вызывать дракона, тот появлялся из облака дыма, как бы являясь на его призыв. Именно этот дракон и был потом выкован из бронзы как символ и защитник нашего дома. В те времена странствующий маг мог неплохо заработать, выступая на праздниках, свадьбах и тому подобное, но дороги тогда были опасны из-за разбойников. Иногда дедушка путешествовал один, иногда — вместе с семьей. Я хорошо помню истории про появление дракона — он обращал в бегство любого грабителя. Дракон был очень силен и мог вытащить застрявший в грязи фургон; его дыхание разжигало костер на привале. Он приходил на помощь деду всегда, хотя его самого не было видно.
— Что ты имеешь в виду? — удивленно взглянула на бабушку Тинг.
— Никто никогда не видел моего деда и дракона одновременно, — медленно ответила миссис Ки.
— Но… что это значит?
Бабушка улыбнулась, наклонилась еще ближе и зашептала:
— Мы не были уверены. Но я всегда полагала, что мой дедушка и был тем самым драконом. Он никогда ничего не боялся, даже во время Боксерского восстания и последовавших за ним страшных войн. Конечно, когда я его узнала, он был уже стар, годы согнули его, а длинные, свисающие усы были белыми, как снег, а не черными, как на старых афишах, которые он мне показывал. На шее у него висела большая, красивая жемчужина. Он говорил, что когда-нибудь она станет моей.
Тинг никогда не видела у бабушки этой жемчужины.