— Я восхищен, — язвительно заметил дракон, приблизив к Джексону свою морду. — Не часто удается встретить молодого человека, который, оказывается, изобрел войны и конфликты.
Юный Маг слегка оттолкнул морду дракона от себя.
— Ты же понимаешь, что я имею в виду!
— А ты понимаешь, о чем я говорю? Ты не виноват в том, что происходят войны, как я в том, что идет дождь. Ты не несешь ответственности за поступки Джоннарда. Но я согласен, что ты должен найти способ справиться с ним, и как можно быстрее, пока он с Изабеллой не принес Убежищу еще большие бедствия. Да, бедствия и смерть, или что-нибудь еще более страшное.
Дракон поднял голову и огляделся, словно мог видеть из-за Железной Горы все земли этого мира.
Джейсону не хотелось думать о чем-то еще более страшном, чем смерть. Он поежился:
— Что я должен делать?
— Иногда самое главное и самое трудное — это ждать.
— Ждать? Я не могу ждать… — возразил Джейсон.
— Речь идет не только о твоей судьбе. Есть еще и другие. Я же сказал, что иногда ждать труднее всего.
Юный Маг с сомнением покачал головой: каждый лишний день означал, что Черная Рука становится все более сильной и дерзкой, от нее страдают города и селения Убежища. Что делать, Джейсон не знал, но был уверен, что больше ждать нельзя.
— Еще какие-нибудь советы? — раздраженно спросил он.
— Ты имеешь в виду более полезные советы?
Джейсон покраснел:
— Ну, вроде того.
Из пасти дракона вылетел клуб дыма, словно он рассмеялся. Джейсон закашлялся, замахав руками, чтобы отогнать дым. Теперь Бейли наверняка отправит его мыться. Пахнет так, словно он несколько часов просидел в накуренном помещении.
И тут послышался очень отдаленный сигнал тревоги.
Джейсон вскочил на ноги. Прежде чем юный Маг успел взять свой кристалл, чтобы переместиться в лагерь, дракон подкинул мальчика, так, что он приземлился прямо ему на спину, и вместе они взмыли вверх.
«Сигнал тревоги. Что могло случиться?» — размышлял Джейсон, вцепившись в чешуйчатую спину дракона, который стремительно снижался в долину.
Неожиданный гость
Бейли проснулась из-за какого-то шума и заворочалась в постели.
— Неужели нельзя будить нас более гуманным способом? — сонно проворчала Тинг.
Сигнальные рожки завывали, как знаменитая собака Баскервилей. Бейли потерла лицо — ей казалось, что она заснула всего минуту назад — и уставилась на потолок, на секунду удивившись, что он существует.
— Солнце уже поднялось? — задала она странный вопрос.
— Не знаю, — буркнула Тинг, вставая и отбрасывая с лица свои иссиня-черные волосы. — Раз надо, я встану, но предупреждаю, у меня плохое настроение!
Тинг потянулась за своей одеждой, которая была аккуратно сложена на трехногой табуретке, поморщилась оттого, что вещи Бейли беспорядочно висели на крючке в стене, точнее, на трех крючках; что-то еще валялось на полу рядом с ботинками. Бейли в это время лениво взяла свою рубашку, которая тут же зашевелилась, и кенгуровая крыса высунула из нее свою усатую мордочку.
Потолок над девочками ходил ходуном, как будто наверху бегало целое стадо баранов.
— Ребята уже встали, — прокомментировала Бейли, натягивая ботинки и чувствуя, как улетучиваются остатки сна. — Видимо, что-то серьезное. Неужели беда? — Она ощущала, как какая-то напряженность буквально разливается в воздухе. — Как ты думаешь, они не могли найти мою карту?..
— Вряд ли, — успокоила ее Тинг, надевая на руку браслет с кристаллом, который переливался всеми цветами радуги. — Из-за этого они не стали бы подавать сигнал тревоги, просто устроили бы нам нагоняй.
— Наверное, — согласилась Бейли, успокаиваясь и одергивая на себе тунику. — Не могу понять, хорошо ли мы в этом выглядим, или же похожи на беженцев в одежде с чужого плеча?