– Гид группы утверждает, что, как ему кажется, одна из туристок тоже могла оказаться синомэ, причем первой категории.
– Ну и что?
– Мы показали ее фотографию, сделанную при въезде в страну, Знающей.
– И?
– Она – действительно синомэ. Сводная сестра похищенной врача-синомэ. А один из мужчин – ее сводный брат. И все трое – Благословенные.
Глаза Великого Скотовода на мгновение изумленно распахнулись, но тут же его лицо приняло каменно-бесстрастное выражение. Кимица догадывалась, в каком направлении потекли его мысли: тонкий баланс сил между политическими группировками, включая те, которые явно поддерживал Дракона, и те, которые отдали бы все, чтобы уничтожить его.
– Группа исчезла бесследно? – наконец спросил он.
– Нет. Они допустили ошибку – отправились на двух идентичных машинах. Они остались на записях камер безопасности на границах Туса и Маньяхи. Номера изменены, но сомнений нет – они. Такой путь резко ограничивает выбор направлений, и хотя дальше в ту сторону автоматических камер нет, их заметили в Митаре, Тамтабале и Пирице. Фактически у них осталась только одна возможная дорога – по Восьмому шоссе к западной границе. Завтра днем они должны прибыть в Чумчу. Это последний шанс их перехватить. Группа захвата уже вылетела в Тёто, там пересядет на вертолеты и к завтрашнему утру доберется до Чумчи.
– Там есть аэродром?
– Небольшой, с грунтовой полосой. Для малых гражданских самолетов. Для заправки вертолетов вполне пригоден. Сашар, следует ли их перехватить? Если до… известных тебе персон дойдет, что мы знали о группе и не остановили ее… могут возникнуть серьезные проблемы. А если до Вездесущих дойдет, что мы воспрепятствовали их ученикам, я даже и не знаю, чего следует ожидать. Так что делать?
Несколько мучительно долгих минут Великий Скотовод изучал Первую Смотрящую бесстрастным взглядом.
– Ты реши, – наконец сказал он, и в его голосе на мгновение проскользнула злорадная нотка.
– Что? – от неожиданности Кимица едва не потеряла равновесие и с трудом удержалась на кресле. – Я?
– Ты. Твоя прямая задача – защищать Граш от враждебных элементов. И в то же время охранять покой мирных граждан, в том числе – иностранных туристов. Законы они никакие не нарушили. Им можно приписать разве что попытку незаконного выезда из страны через населенный пункт с отсутствующей таможней. Но и то не ранее, чем они пересекут границу. А когда пересекут, окажутся вне юрисдикции наших законов. Кимица, они представляют собой угрозу Грашу?
– Не… – Первая Смотрящая осеклась. Сказать "нет" или "да" означает автоматически принять решение. И, разумеется, понести за него всю полноту ответственности – к чему она совершенно морально не готова. Что бы ни произошло в дальнейшем, она в любом случае останется крайней. – Не знаю. У меня недостаточно данных для определенного ответа.
– Ну так собери их, – равнодушно пожал плечами глава государства. – На то Глаза и существуют. Только не забывай, что, как ты сама сказала, после того, как они покинут Чумчу, их уже не перехватить.
– Но решения такого уровня…
– Ты свободна, Кимица, – оборвал ее Великий Скотовод. – Завтра вечером жду от тебя отчета по ситуации.
– Да, Сашар, – сухо ответила Кимица, поднимаясь.
Выходя из кабинета, она постаралась придать лицу как можно более бесстрастное выражение, чтобы первый гэнро, ожидающий в глубоком мягком кресле ее ухода, не смог прочитать ее чувства. Проклятый Сашар! Что ей теперь делать? Разумеется, независимо от исхода дела и ее решения сильного ущерба она не понесет – у нее хватает союзников. Причем сторонников Дракона среди них нет. Так что если группа устроит Дракону веселую жизнь на его собственной территории, она лишь мысленно им поаплодирует. А недруги… Ну, в крайнем случае станут открытыми врагами. Но все-таки не следует лишний раз подставляться. Да и месть Дракона за бездействие, эквивалентной прямой помощи, может оказаться ужасной…
Ну что же. Решение необходимо принять. Но кто сказал, что принимать его должна она сама? В конце концов, именно для того она и отправила с группой Тимаширу, чтобы та поддержала решение – любое решение – своим авторитетом. Так пусть она не просто его поддержит, а еще и примет. И под удар Вездесущих в случае чего попадет тоже она. А если не попадет… Если в перспективе решение окажется скверным, оно зачтется в минус Тимашаре. Если удачным – в плюс Кимице.
Конечно, подставлять под удар свою союзницу плохо. И с точки зрения отношения с другими союзниками, и с точки зрения потери поддержки Северных колен. Но случаются ситуации, когда в политической игре приходится жертвовать даже самыми сильными своими фигурами. Хотя бы для того, чтобы выжить самой.
Добравшись до своей резиденции – жутко неудобной со всех точек зрения, но съехать из дворца означает дать пищу для нехороших слухов – она миновала проводившую ее взглядами безмолвную охрану и прошла в свой кабинет
– Вальха, вызови мне командира дежурной смены связи, – приказала она поднявшемуся навстречу ей секретарю.
Тот же вечер. Где-то на дорогах Граша
– … чего?!
Ольга оторвалась от экранчика своего пелефона, на котором несмотря на тряску читала книгу, и удивленно взглянула на уставившуюся куда-то в пространство Яну, лицо которой медленно приобретало ошеломленное выражение. Сидящий за рулем Дентор оглянулся через плечо.
– Ты серьезно? – внезапно спохватившись, Яна бросила на Ольгу извиняющийся взгляд. – Кара такое придумала… потом расскажу.
Она замолчала и углубилась в себя, изредка беззвучно шевеля губами. Ольга тихо хмыкнула. Интересно, как же они все-таки воспринимают такую связь? Как голос внутри головы? Или как сами собой возникающие мысли? Надо поинтересоваться – но потом, когда тонкие узы взаимного доверия немного упрочнятся. Ей, что редко случалось, нравилась компания, в которой она оказалась. Немногословные, сосредоточенные бывшие солдаты Саматта и Дентор, расслабленные, но в любой момент готовые взорваться вихрем действий, относились к знакомыми ей типажами – она часто встречала подобных им среди коллег по профессии. Но улыбчивая свойская Яна, ехидный насмешливый Палек, маленькая серьезная Канса – они сильно отличались от всех ее знакомых. Обычно среди последних фигурировали либо другие сотрудники Отдела внутренней безопасности, либо начальники и политики, которых ей приходилось охранять. Ее, к счастью, очень редко приставляли к кому-то помимо Медведя. За директора СВР она могла бы умереть без колебаний. Но вот большинству из остальных своих подопечных она бы без особых эмоций в любой момент свернула шею. Надменные, спесивые, с вечно недовольной миной на лице, смотрящие сквозь нее как сквозь стеклянную стену, находящие какое-то извращенное удовольствие в унижении подчиненных и пресмыкающиеся перед унижающими их вышестоящими… Мусор. Аристократический мусор, пусть и в элегантных костюмах, стоящих примерно ее годовое жалование. Более-менее приличные люди среди них тоже попадались, но не чаще, чем зеленые побеги в самом начале весны.
Заморская компания, технически говоря, тоже относилась к ее подопечным. Ее задачей являлось защитить их любой ценой – и сделать все, чтобы таинственная Карина Мураций все-таки попала в Четыре Княжества и вернула жизнь еще недавно красивому сильному телу Масарика Медведя. Она хорошо помнила мертвое лицо своего тайно обожаемого шефа, когда врач в больнице сообщил ему страшную новость. Если бы она могла, она бы с удовольствием поменялась с Масариком местами – только бы шеф снова улыбнулся ей своей теплой понимающей улыбкой. Но она не могла. А теперь у нее появился шанс помочь. Если только она вытащит чудо-врача в Княжества…