Завершив пламенную речь, штаб-майор уступил трибуну Ржавому и он, взойдя на неё в генеральском кителе с орденами и медалями энергично заговорил. Неплохо так заговорил, я прямо-таки поразился, никогда не ожидал от него такого пыла и азарта. Пусть он и не имел такого опыта, но тем не менее говорил он чётко и зажигательно, что только подогрело накал страстей и сильнейших эмоций.
И вот наконец время пафосных речей подошло к концу и войска в полной боевой выкладке строевым шагом под приветственные вопли толпы двинулись на погрузочные платформы и спустя три часа корабли отшвартовавшись от орбитальной станции и разлетелись по трём направлениям. Основная часть операции «Конфедерация» началась….
— Енот, были ли попытки видео фиксации церемонии отправки наших оперативно-тактических групп? — Поинтересовался я у начальника службы безопасности, с которым мы вместе возвращались на глайдере в королевский дворец.
— Да были, — признал он, — и всех их наша контрразведка взяла на контроль. В ближайшее время выясним кто на кого работает. — Ухмыльнулся он, пребывая в прекрасном расположении духа, его подчинённые отлично сработали, вычислив за время церемонии значительное число представителей иностранных спецслужб и ими завербованных агентов.
Да уж ничего не скажешь, поднаторели мы практически из любого события, даже самого негативного для нас извлекать максимальную выгоду, хотя такое умение всем нам нелегко далось. Далеко не один раз мы ошибались и допускали ошибки, но тем не менее двигались вперёд, учтя на будущее свой отрицательный опыт и в результате поднялись и наш новый высокий статус вынуждены были признать все. Вот только всё это меня с каждым днём всё больше и больше тяготило, хотя, казалось бы, живи да радуйся, ан нет, не получалось хоть разорвись….
Прилетев в королевский дворец, мы покинули борт и разошлись в разные стороны. Енот ушёл в выделенные ему личные апартаменты где и был его рабочий кабинет, а я направился на заключительное заседание Учредительного собрания королевства. Ох если бы кто только знал, как с этим собранием было тяжело и муторно! Намаяться нам всем пришлось будь здоров, представители различных срезов общества очень тяжело договаривались друг с другом, вспоминая старые обиды и притеснения. Приходилось вертеться как белка в колесе чтобы утрясать постоянно возникающие разногласия и конфликты. Работёнка была ещё та, никому не пожелаешь, но ведь и других вариантов-то и не было. Улаживали, утрясали и согласовывали практически каждый день и по каждому пункту.
Всё это было очень сложно, три с половиной тысячи делегатов это вам не шутки. Пока распределили по отдельным фракциям чуть не свихнулись, а уж когда взялись за обсуждение будущего обустройства государства так и вообще караул, бывало даже до драк дело доходило, но ничего справились. Делегаты Учредительного собрания взялись за дело рьяно и после долгих пленарных заседаний пришли к единогласному мнению, что монархический строй в королевстве Лейрин необходимо сохранить исходя из древних традиций, но реформировать под условия современности. Именно этот пункт и стал главной причиной долгого противостояния между всеми фракциями.
Одни хотели так, другие эдак, а третьи желали совершенно другое, а четвёртые были не согласны со всеми остальными, и никто не хотел идти на уступки друг к другу из-за чего и возникла эта проблема. Разрешалась она со страшным скрипом целые полгода, за которые нам всем изрядно помотали нервы. Ржавый так и вообще поучаствовав пару раз в таких баталиях наотрез отказался больше там появляться, целиком и полностью скинув на меня эту ответственность. Я справился, даже и сам не знаю, как мне это удалось, но Учредительное собрание после полугодия постоянных свар и склок наконец пришло к единому мнению и сейчас я направлялся на официальное оглашение его вердикта, к которому приложил ой как немало своей душевной энергии….
Подойдя к огромной двери ведущий в Большой зал заседаний, я оправил китель, и гвардейцы, дежурившие у входа, отворили её, и я вошёл внутрь. Поднявшись на трибуну, я обратился с приветственной речью ко всем присутствующим делегатам и сойдя с неё, прошёл в президиум и присел, после чего на трибуну поднялся Председатель Учредительного собрания. Граф Ди Коста был уважаемым человеком и очень талантливым дипломатом, благодаря его немалому опыту он все прошедшие месяцы очень умело сглаживал возникающие конфликты и направлял их в конструктивное русло, за что я был ему крайне признателен. Если бы не его практическая помощь и советы я сам скорей всего с этой малахольной публикой не справился….
Соблюдая протокол и старые традиции, граф поздоровался с Учредительным собранием и оглядев замерших людей, степенно открыл папку и отлично поставленным голосом зачитал подписанный всеми делегатами текст постановления.
— Мы Учредительное собрание королевства Лейрин после долгих обсуждений, единогласно постановляем. Первое. В Лейрин сохраняется наследственная монархия, но избрание нового монарха откладывается сроком на три года, а на переходный период вводится временная должность Верховного правителя, наделённая всеми полномочиями монарха. Правителем королевства назначается гвардии полковник Нестор Иванович Махно. Второе. Сенат, ранее состоявший из одной палаты пэров разделяется на верхнюю и нижнюю. Верхняя палата будет представлена всеми регионами нашего государства в лице представителей избираемых губернаторов, а Нижняя палата будет состоять из партий. Третье. Учредительное собрание королевства исходя из острой необходимости и экономии бюджетных средств преобразовывается в королевский Сенат и разделяется на две палаты.
Граф Ди Коста закрыл папку и оглядев всех присутствующий, заявил:
— Уважаемые дамы и господа давайте поприветствуем нашего нового Верховного правителя!
Я поднялся и замер. Поднялись и все присутствующие и оглушительно громко зааплодировали. Постояв пару минут, я вышел на трибуну и когда стих гул аплодисментов, заговорил:
— Уважаемые дамы и господа делегаты Учредительного съезда, благодарю вас за оказанное доверие, оно для меня очень ценно. Клянусь блюсти законность и интересы всего народа королевства Лейрин, а также защищать его от всех невзгод и опасностей этого мира и да поможет нам всем Святые стихии.
Депутаты вновь разразились бурными аплодисментами, и я в знак уважения ко всем присутствующим приложил правую ладонь к сердцу и сделал глубокий поклон. Гул стих и депутаты присели в кресла, и я вновь обратился к ним:
— Дамы и господа, мы за прошедшее время многое сделали на благо королевства Лейрин, но ещё больше нам сделать предстоит впереди. Нас ждёт огромная работа по переработке всей законодательной базы и написание нового конституционного акта по разделению властей на исполнительную, законодательную и судебную. Как назначенный на должность Верховного правителя приказываю, срок действия созданного Сената будет три года. После избрания нового монарха Сенат должен быть переизбран всеобщим тайным голосованием. На этом позвольте откланяться дамы и господа.
Попрощавшись с депутатами, я покинул трибуну и направился на выход. Шёл я в свой рабочий кабинет и внимательно прислушивался к себе. С одной стороны, меня наконец в официальном порядке назначили главой государства и это грело душу, хотя бы по тому что я уже никакой не самозванец, а с другой, вся та власть которой я обладал со страшной силой навалилась на меня. Теперь я уже не мог поступать и решать так как мне надо и выгодно, теперь придётся многие свои решения согласовывать хотя бы с тем же самым Сенатом и Верховным судом. Время моей свободы подошло к концу, и я попал в клетку, которую и создал своими собственными руками, но так было нужно для будущего всего королевства и людей, его населяющих. Надо было создавать нормальное правовое государство, а не сборище различных кланов, живущих по корпоративным понятиям и другого пути его создать кроме как поделиться своей властью не существовало….
Неспешно дошагав в сопровождении почётного караула до своего кабинета, я вошёл в него и присев в кресло, глубоко задумался. Впереди у меня было целых три года за которые я был обязан сделать очень многое для становления государства. С одной стороны, это очень мало, но это всё же время, которое надо было использовать с максимальной отдачей для достижения больших результатов на благо страны и людей, а также своего окружения которое пошло за мной и подвести я их всех был не вправе. Возможно некоторые назвали бы меня сумасшедшим, но по-другому я не мог, таким уж я уродился….
Поразмышляв ещё некоторое время, я мысленно махнул на всё рукой, и резко поднявшись, покинул кабинет и направился к взлётно-посадочной площадке. Сегодня и сейчас мне хотелось побыть наедине со своей любимой женой и расслабиться, так как уже начиная с завтрашнего дня у меня даже на это времени может и не быть. Впереди меня ждало очень много работы которую взвалить на другие плечи я не мог, я ведь с сегодняшнего дня стал официально признанным Верховным правителем королевства Лейрин и этим всё сказано….
Прилетев в свой особняк, я прямиком направился дом и быстро скинув парадный китель и одевшись в обычную одежду, пошёл искать Олию, но её нигде не было. Сильно удивившись, я вызвал начальника дежурного наряда и задал ему вопрос, куда запропастилась моя супруга.
— Вашей жене неожиданно стало плохо и пришлось срочно вызвать медицинский борт и отправить в Главный военный госпиталь на обследование, она сейчас там. Как сообщают, у неё сейчас уже всё в порядке, просто небольшой токсикоз свойственный беременности.
Скрипнув зубами, я сорвался с места и как сумасшедший влетел в салон глайдера и отдал команду лететь в госпиталь. Душа моя была не на месте, мне хотелось рвать и метать, только за то, что мне не сообщили об этом, но умом я прекрасно понимал, моя личная охрана не могла этого сделать, так как я был слишком занят на официальных церемониях. Не знаю, как я сдержал себя разговаривая с начальником дежурного наряда, но слава Богу сдержался иначе меня могло понести, а это никуда не годится. Не в той я должности чтобы эмоции мои брали надо мной верх….
Прилетев в военный госпиталь, я бегом взлетел на пятый этаж где находился кабинет главного врача и совершенно не обращая на вопли взволнованной секретарши ворвался в кабинет, где увидел главврача, что-то рассматривающего на голографическом экране. Мгновенно взяв себя в руки, я остановился и в тот самый момент, когда хозяин кабинета обернулся в мою сторону, резко задал вопрос:
— Что случилось с Олией Махно?
Главврач поднялся и чуть склонив голову, с глубоким уважением заговорил:
— Сир, с вашей супругой сейчас уже всё в порядке, у неё случился ранний токсикоз первой степени, вызванный незначительным нарушением обмена веществ. Токсикоз — это не болезнь, а простой рефлекс, вызванный резкими переменами беременной женщины. Мы внесли корректировку и на данный момент никаких опасений о её здоровье нет, плод развивается нормально без патологий. Поздравляю вас Сир, у вас будет крепкий и здоровый сын. Через два дня мы выпишем вашу супругу.
— Благодарю вас доктор. — С огромным облегчением выдохнул я и извинившись, резко развернувшись покинул его кабинет, ощущая в душе своей как разгорается самая настоящая буря восторга. Боже, у меня будет сын. Вы понимаете, у меня будет сын!!!
Словно на крыльях, я слетел вниз и вернувшись к глайдеру, полетел к себе домой, продолжая пребывать в оглушённом состоянии. Наверное, только услышав от главного врача кто будет у нас с Олией я окончательно осознал, что в скором будущем стану отцом, а разве это не счастье?! Именно это и ничто иное стоит во много раз дороже чем вся та огромная власть, которая находилась у меня в руках. Да она даже обрезка ноготка не стоила будущего моего ребёнка и это я чётко осознал и меня вдруг резко отпустило…. Я взглянул на самого себя с совершенно новой, доселе неведомой стороны и сторона эта мне показалась крайне симпатичной. Изменился не мир, окружающий меня, нет он как был прежним, так таким и продолжал оставаться изменился я сам. Я изменился и эти изменения мне самому очень и очень понравилось….
Эпилог