— Оскар! Они приехали! — Потом снова заговорила обычным тоном: — Он в гостиной. Идите познакомьтесь с ним, а я покажу Алеку, куда отнести вещи. Алек, вещи Кэрри оставьте здесь, а сумки Люси несите наверх. Справитесь?
Кэрри посмотрела на Люси и ободряюще ей улыбнулась. Потом взяла за руку, и через открытую, освещенную солнцем дверь они вошли в гостиную — красивую, просторную комнату с белыми стенами. Здесь было мало мебели и много света. В камине горел неяркий огонь, высокий эркер выходил на улицу. Казалось, церковь совсем рядом — протяни руку и дотронешься.
Оскар ждал их, стоя спиной к камину. Высокий, как Элфрида, но не такой худой. Красивая серебристо-седая голова, спокойное, доброжелательное лицо, на удивление гладкое. Глаза полуприкрыты, их наружные уголки опущены. Одет в клетчатую рубашку с шерстяным галстуком и синий свитер.
Кэрри сказала:
— Здравствуйте, Оскар. Я Кэрри Саттон.
— Дорогая… — Оскар пошел к ним навстречу, и Люси подумала, что он, наверное, немного удивлен при виде такой потрясающе эффектной молодой женщины. И восхищен конечно. — Как приятно с вами познакомиться! Надеюсь, путешествие было не слишком утомительным?
Они пожали друг другу руки.
— Ничуть. Мы совсем не устали, — сказала Кэрри.
— Алек вас сразу нашел? Элфрида все утро с ума сходила от волнения и без конца выглядывала в окно, не едете ли вы.
— Так мило, что вы нас приняли. — Кэрри огляделась. — Какой чудесный у вас дом.
— Мне принадлежит только половина.
— От этого он не становится менее замечательным. — Кэрри отпустила руку Люси и обняла ее за плечи. — А это моя племянница Люси Уэсли.
— Здравствуйте, — сказала Люси, подавляя волнение.
Оскар перевел на нее взгляд, и она заставила себя посмотреть ему в глаза. Он долго не говорил ни слова. Люси понимала, что он думает о своей двенадцатилетней дочери, которой теперь нет в живых. Понимала, что им владеют сейчас смешанные чувства, главное из которых — боль. Что он невольно сравнивает ее с Франческой. Она надеялась, что выдержит сравнение. Что еще могла она поделать? Но вот он улыбнулся ей и взял ее руку в свои. Его пожатие было теплым, дружеским, и она сразу перестала нервничать.
— Стало быть, ты Люси.
— Да.
— Тогда придется тебе спать на чердаке.
Кэрри засмеялась.
— Оскар, в ваших устах «чердак» звучит не слишком заманчиво.
— «Чердак» всегда звучит не слишком заманчиво. Старые сундуки, чемоданы и оленьи головы. Но не волнуйся, Люси, на самом деле это не чердак, а мансарда, и Элфрида там все очень мило устроила для тебя. Теперь, — он выпустил руку Люси и взглянул в окно на церковные часы, — половина первого. Мне кажется, вам обеим стоит пойти в свои комнаты и устроиться. А потом мы чего-нибудь выпьем и будем обедать. Элфрида все утро колдовала над пастушьим пирогом, это такая картофельная запеканка с мясом. Она считает, что вам надо основательно подкрепиться после долгого путешествия.
Люси воспрянула духом. Самое страшное — первое знакомство — позади. Элфрида милая и веселая, Оскар — сама доброта. А еще Элфрида сказала, что Люси как картинка. И скоро все пойдут есть запеканку.
Обедали в кухне.
— У нас есть столовая, — объяснила Элфрида, — но она темная и мрачная, и мы никогда там не едим. Кроме того, в кухонной стене нет проема, и мне пришлось бы все время сновать с тарелками туда-сюда.
— Здесь гораздо лучше, — сказала Кэрри, и Люси была с ней согласна.
Длинный стол, полосатая льняная скатерть, разномастные деревянные стулья. Все по-домашнему просто. Кухня, прямо сказать, не шикарная. Доди, наверное, умерла бы, подумала Люси, если бы ее попросили что-нибудь приготовить в этих допотопных условиях. Во-первых, темно, так как окна выходят на стену соседского сада. Кроме того, они давным-давно были забраны решетками, чтобы защититься от незваных гостей или, может быть, воспрепятствовать самовольным отлучкам вечно перегруженных работой поваров и посудомоек. И тем не менее кухня, как и весь остальной дом, оставляла впечатление добротности и уюта. У стены стоял большой крашенный в темно-зеленый цвет буфет с фарфоровой посудой и крючками для кувшинов, кружек и чашек.
Ели пастуший пирог с мясом, необычайно вкусный, потом пудинг из тушеных яблок с меренгами, к которому подали кувшин сливок. Кэрри и Элфрида пили кофе. Оскар от кофе отказался. Он взглянул на часы и сказал:
— Если мы с Горацио не отправимся на прогулку немедленно, то вернемся уже затемно. — Он посмотрел на Люси. — Хочешь пойти с нами?
— На прогулку?
— Мы можем пойти на побережье. Я покажу тебе дорогу.
Приглашение очень обрадовало Люси.