В канун Рождества: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Почему же нет?

— Потому что моя жизнь пошла по другому пути. Потому что Дебора — часть моего прошлого. Я теперь здесь. Здесь я и останусь, ведь у меня здесь есть дело.

— Но она все еще ваша жена.

— И что это должно означать?

— А то, что если вы с кем-либо состояли в браке, этот человек становится частью вас самого. Вы никогда не сможете освободиться от него окончательно. Всегда будете принадлежать прошлому в образе этого человека.

Кэрри сказала это с такой горечью, что Сэм сразу понял: надо лишь слегка нажать на закрытую дверь, и она, наконец, со скрипом, но откроется.

И он повернулся к ней лицом:

— Кэрри.

Она рванулась вперед, но он бросился за ней, схватил ее за руку и рывком повернул к себе. На него взглянули черные круги очков. Он снял их и с ужасом увидел, что ее глаза полны слез.

— Кэрри. Расскажите мне все.

— Зачем? — она сердито сморгнула слезы. — Почему я должна вам все рассказывать?

— Потому что я честно рассказал вам о себе.

— А я с вами на этот счет сделку не заключала. Вас мои дела не касаются, и я не хочу о них говорить. Да вы и не поймете.

— Но я могу попытаться. И думаю, что сумею вас понять. Я сам пережил много тяжелого. И самое ужасное, что все знали о происходящем, за исключением меня. Я жил одним днем, и каждый день словно жернова таскал, а все без толку. Все старался примириться с крахом и отверженностью.

— Но меня никто не отвергал! — крикнула Кэрри. Ее лицо искривилось, как у плачущего ребенка, и она залилась слезами. В ярости на самое себя, она оттолкнула Сэма, пытаясь вырваться, но он держал ее за плечи и не отпускал, словно боясь, что если он разожмет руки, она тут же развалится на куски. — Меня никто не отвергал. Меня любили. Мы любили друг друга и хотели только одного — быть вместе. Но слишком велики были препятствия. Слишком многое от нас требовалось, слишком много обязательств и традиций мы нарушали. Его карьера, семья, жена, дети, религия, деньги — все было против нас. Я была только любовницей. Я ютилась на задворках его жизни. У меня не было шансов. Никогда. И самое отвратительное, что я всегда это знала. Я ненавидела себя за то, что не желаю смотреть правде в лицо, что зарываю голову в песок, как глупый страус. Притворяюсь, что все как-нибудь да устроится. А сейчас мне уже тридцать. Я думала, что и с этим справлюсь. Но когда Андреас покинул меня, я сломалась. Так что, Сэм, вы теперь все знаете и можете перестать выпытывать у меня, кто я и что я. И, возможно, вы усвоите тот факт, что женатые мужчины меня не слишком-то интересуют. А если вы сейчас начнете мне сочувствовать или жалеть меня, то я закричу.

Он хотел было возразить, но она рывком вывернулась из его объятий и пустилась бежать, спотыкаясь, едва не падая, но все продолжая бежать. Он рванулся вперед и снова схватил ее.

— О, Кэрри, — только и сказал он, и она уже больше не сопротивлялась. Наверное, она очень устала и к тому же задыхалась от неудержимых слез. Он ее обнял, и она прижалась к нему, а плечи ее все вздрагивали, и она плакала, уткнувшись лицом в его куртку.

Вот так держать ее в своих объятиях — об этом он мечтал весь день. Кэрри была такая хрупкая, невесомая. Сэм был убежден, что сквозь все слои одежды он чувствует, как бьется ее сердце. Ее меховая шапка щекотала ему щеку, а от кожи пахло свежо и сладко.

— О, Кэрри!

Ему было совестно, что он чувствует такое восхищение, тогда как она страдает, ощущая себя бесконечно одинокой и несчастной.

— Все наладится, — сказал он, пытаясь ее успокоить.

— Никогда и ничего не наладится.

Голос ее стал холоден и тверд, и он вдруг понял, как бессмысленно произносить дежурные банальные утешения. Стоя в снегу и обнимая Кэрри, Сэм вдруг понял в смятении, что не знает, как себя вести, а это было ему несвойственно. Обычно интуиция его не подводила. Внутренний голос всегда подсказывал, как действовать в той или иной ситуации, особенно если это касалось чувств. Но сейчас он совершенно растерялся, вдруг осознав, что беспомощен, совершенно беспомощен. Кэрри красива, интеллигентна и желанна, но она — сложная натура. И, наверное, поэтому она по-прежнему загадка для него. Понять ее по-настоящему будет непросто, на это потребуется много времени и терпения.

И он принял это условие, хотя повторил:

— Все наладится.

— Откуда вам знать!

Он не стал больше спорить, но поверил в свои силы и возможность ее переубедить. Немного погодя ее рыдания утихли. Она как будто пыталась взять себя в руки. Бережно отстранив Кэрри от себя, Сэм смотрел, как она вытирает рукавицей слезы со щек. А потом сказал:

— Простите меня.

— За что?

— Простите, я этого не хотел, не предвидел. Я не хотел вас так расстраивать. Мне просто хотелось выйти из дому, выбрать елку и прогуляться. Никаких других намерений у меня не было. А вышло все так неудачно.