— Странно все это, — пожал плечами богач. — Но ты мой гость, пусть будет, как ты хочешь. Согласен!
Лег он спать и крепко-крепко заснул. А торговец не спит: недоброе дело задумал. Встал он тихонько, к свитку подошел, постоял немного, а потом из-за пазухи достал что-то и рукой петуха коснулся.
Скоро и светать стало. Запели в деревне первые петухи, а за ними и остальные. Только петух на свитке богача молчит.
Подошел богач к свитку, понять не может, почему его петух голоса не подает.
— Что случилось? Что за беда стряслась?
— Так я и думал, — зевнул торговец, — приснилось мне тогда, что петух твой кукарекал. Правду люди говорили: не может нарисованный петух во все горло кричать.
— Как же не может? — заплакал богач. — Сколько дней он меня своим пением радовал.
— Раз петух утром не запел, проиграл ты наш спор, — сказал торговец, — Отдавай мне скорее мой товар.
Ничего не ответил ему богач. Погрузил торговец свои мешки на лошадей и в путь двинулся. А богач места себе не находит: «Не заболел ли мой петушок?» — думает. Подошел он к свитку поближе, глядь — торчит у петуха в горле тот самый крючок, который торговец ему показывал! — Вот до чего жадность доводит! — рассердился богач. — Ради своих мешков чудо-петушка не пожалел. Вынул он крючок, петушка лечить стал. Да только голос к нему не вернулся. Никто больше не слышал, как нарисованный петух поет.
А торговец домой радостный ехал. «Так тебе и надо, — думает, — пусть ни у кого такого петуха не будет!». Ехал, ехал, да и не заметил, как лошадь оступилась. Упали мешки торговца в лужу, и сам он вместе с ними упал. Так и остался в грязи сидеть.