- Мы с партнером разошлись, - краснеет Марк. - Мы там все отбиваем чечетку в одном ритме, а тут один сделал одно, а другой - что-то другое. Потом, когда по телевизору показали ту пленку (техническую запись; каждый спектакль полностью записывался на видеомагнитофон, который находился в кабине осветителей в конце зрительного зала. - Авт.), на которой запечатлелось начало атаки террористов, виден и фрагмент нашего танца, и я подумал, ну вот, опозорились на всю страну. Хоть, может, по телевидению и не так заметно, это ж всего доля секунды была, когда мы «лажанулись».
Поэтому Марк не заметил, как именно в этот момент осторожно открылась дверь, которую билетеры пару минут назад закрыли, и в зал вошел вооруженный мужчина в маске. Уверенным шагом подошел к сцене, положил автомат и вскочил на подмостки. Это не составило ему труда - сцена возвышалась над полом всего на 120 сантиметров, а Ясир был молодым и тренированным. Когда он поднял автомат и выпрямился, его удивлению не было предела - спектакль продолжался. Ясир встал к стене. Только тогда его заметил Марк, но, по его словам, сделать ничего не мог.
- Спектакль продолжается, музыка играет, не спросишь же его: «А в чем, собственно, дело?» - смеется молодой актер. - Мы же на сцене работаем.
Ясир некоторое время смотрел на отбивающих чечетку парней, пытался даже что-то сказать, вроде «Стоп! Стоп!», но на них это не произвело никакого впечатления. Поэтому, когда Марк запел одну из последних строчек: «… то значит, просто он не видел твой полет…», Ясир поднял автомат вверх и выстрелил в потолок.
Ближайший к нему «летчик», Андрей Гусев, отскочил в сторону - в закрытом помещении выстрел прозвучал оглушительно. Оркестр сыграл еще один, ужасающе фальшивый аккорд, но какофония звуков мгновенно стихла. Происходившее было для всех такой неожиданностью, что никто не обратил внимания на то, что с потолка не посыпалась штукатурка. Первые выстрелы, произведенные в здании театра, были, вероятно, совершенно безопасными. Не исключено, что террористы, опасаясь рикошетов, стреляли холостыми патронами. Как позднее утверждал инженер Катальский, который отвечал за ремонт зрительного зала по окончании драматических событий, потолок над головами зрителей почти не пострадал, пулевых отверстий было немного, то есть террористы в зале практически не использовали боевые патроны. Однако напугать зрителей им удалось.
- Все вниз, марш со сцены, быстро, быстро! - крикнул Ясир.
В тот же момент в зрительный зал уже ворвались его товарищи. В один миг одновременно в партере и на балконе появилось множество людей в камуфляжах. Вслед за мужчинами вбежали женщины и, не ожидая приказов, выстроились вдоль боковых стен партера, по восемь человек с каждой стороны. Они сбросили куртки, и заложники впервые увидели пакеты с взрывчаткой, укрепленные на поясах террористок. Прозвучало еще несколько выстрелов.
- Мы из Грозного, это не шутки! - кричал Ясир.
Целью террористов было в первый же момент задушить в зародыше любые попытки сопротивления. По мнению Марка, был даже такой момент, когда кто-то пытался сорваться с места и бежать, но террористы моментально взяли ситуацию под контроль. Кроме того, когда сидишь в средине ряда, не так просто оттуда выбраться.
- Всем сидеть, всем оставаться на местах! - кричали захватчики.
В этот момент за спиной Ясира появился представительный мужчина в безупречно белом адмиральском мундире, вызвав панику среди чеченцев. Однако тут же выяснилось, что это Валерий Чкалов, гениальный, известнейший советский летчик-испытатель, который в 1937 году первым совершил перелет Москва - Северный Полюс - Ванкувер, - то есть на самом деле, конечно, актер Евгений Башлыков, играющий в мюзикле роль Чкалова.
- Вышел на сцену, хоть и слышал выстрелы, - рассказывает Марк. - Просто в этот момент он в соответствии со сценарием появляется перед публикой. А поскольку он актер, неважно, что происходит, он обязан играть. Поэтому его и схватили.
Вместе с Чкаловым на сцену должны были выйти две актрисы, изображавшие энтузиасток авиации, но они вовремя сориентировались и убежали. Поскольку террористы еще не приступили к проверке сцены и кулис, им удалось сбежать из театра. В итоге в руки террористов не попала ни одна актриса.
Чеченцы потом допытывались у Башлыкова, не настоящий ли он генерал. Была у них такая идея фикс, они без конца выискивали среди зрителей офицеров Федеральной службы безопасности и военных. Когда они убедились, что все попавшие в их руки мужчины в военных мундирах не имеют ничего общего с российской армией, что они только актеры, их посадили сбоку с левой стороны, на свободные места в первых рядах, а потом часто использовали в качестве носильщиков. Марку досталось место в четвертом ряду, рядом с дверью, через которую несколькими минутами раньше вошел в зал Ясир. Так они поменялись ролями: Марк стал пассивным зрителем, а Ясир - солистом, приковавшим к себе внимание зала.
- Представление окончено, теперь вы - заложники, - заявил довольный произведенным эффектом Ясир. - Война пришла в Москву.
Многие зрители не поверили в разразившуюся трагедию, никто не хотел допускать даже мысли об этом. Они были уверены, что захватчики стреляют холостыми патронами. Для них представление продолжалось, а террористы в масках были просто странным элементом спектакля, режиссерским трюком - сегодня такие штучки в моде. Кто-то даже позвонил по мобильному телефону знакомым, которые раньше побывали на спектакле, чтоб выяснить, есть ли в сценарии нападение террористов.
- Я вначале подумала, что это розыгрыш, - говорит Людмила Федянцева, пожилая женщина, логопед детсада в Марьино. - Правда, когда чеченки расстегнули куртки и я увидела взрывчатку, поняла, что все всерьез. Но страха не испытывала, скорее недоверие. Мы все еще были под впечатлением спектакля, все в некой эйфории.
Тем временем террористы загнали в зрительный зал всех, кто был во время спектакля в других помещениях, - гардеробщиков, билетеров, буфетчиц со второго этажа. Но даже их испуганные лица ничего не изменили. Прекрасно играют, думали зрители. И что в этом удивительного? Ведь они были в театре, где всегда рассказывают какие-нибудь более или менее неправдоподобные истории. Террористическая атака - история, конечно же, неправдоподобная, такие случаются только в голливудских фильмах, а не в реальной жизни, в центре Москвы, с людьми, которые пару часов назад были в своих офисах, школах, поздно вернулись с работы и не успели перед театром поужинать. Все это было до такой степени невероятно, что, даже уже поверив в случившееся, люди продолжали надеяться на быстрое завершение акции террористов. Может, к рассвету? Может, завтрашний день начнется как всегда, как будто ничего не случилось? Многие зрители еще в течение семи часов, до первой жертвы, так до конца и не понимали, что происходит.
Как только стало ясно, что ситуация в зрительном зале была целиком под контролем террористов, наблюдение за заложниками взяли на себя в основном женщины. У них была не только взрывчатка в специальных поясах, но и гранаты, и пистолеты.
Большинству мужчин предстояло еще в ближайшие несколько минут перенести из машин и разместить в здании заранее подготовленное снаряжение, а также провести хотя бы поверхностную рекогносцировку театра. Главари снова отдали несколько распоряжений, но в этом, в сущности, не было необходимости - эти люди и так знали, что им делать, видно, заранее все тщательно оговорили.
Взяв с собой несколько заложников, в том числе двух актеров, побежали к запаркованным перед театром машинам. Там находились рюкзаки со снаряжением: боеприпасы (около двух тысяч штук), запасные магазины к автоматам, взрывчатка, медикаменты и небольшой запас еды. Там же лежала аккуратно смотанная веревка с крепкими узлами через каждые пятнадцать - двадцать сантиметров. Рюкзаки и веревку перенесли на сцену. В машинах в двух огромных брезентовых дорожных сумках лежали и специально изготовленные для этого нападения фугасы.
Слово фугас - французского происхождения (fougass), обозначает оно самодельный взрывной заряд, который изготавливается чаще всего прямо на поле боя из доступных там материалов - взрывчатки, артиллерийских снарядов, авиабомб. В Чечне фугасы чрезвычайно популярны - партизаны закапывают их на дорогах с оживленным движением войсковых частей и взрывают, когда поблизости проезжают грузовики с солдатами или бронетранспортеры.
Оба фугаса, которые террористам, несмотря на усиленный контроль, удалось доставить в Москву, а затем и в театр, были изготовлены из мощных 152-миллиметровых артиллерийских снарядов, скорее всего осколочных, предназначенных для самоходных зенитных установок «Акация». Конструкция была несложной, можно сказать - примитивной. Соответствующим образом подготовленный заряд с подключенными к детонатору электропроводами помещался в баллон компрессора, которым оборудованы многие российские грузовики. Такой баллон - это цилиндр длиной около 80 сантиметров и диаметром около 20, запаянный с обоих концов. Именно в такую «трубу» помещался снаряд. Снаружи торчали только концы электрических проводов, к которым достаточно было подсоединить обычную батарейку, чтобы произвести взрыв. Пространство между наружными стенками снаряда и стенками баллона было заполнено разными металлическими предметами -шариками и цилиндрами подшипников, гвоздями без шляпок. Это увеличивало поражающую силу взрыва. Все вместе весило не меньше шестидесяти килограммов (снаряд для «Акации» сам по себе весит 43, 5 кг). Именно это и было магическим оружием террористов. Фугасы, а точнее, сама угроза их взрыва, должны были послужить гарантией против штурма спецподразделений и стать главным аргументом в переговорах с властями.
Актеры, которым приказали нести фугасы в театр, сгибались под их тяжестью. Но выбора не было. Кроме того, их предупредили, что с фугасами следует обходиться с осторожностью, и они шли, внимательно глядя под ноги, чтобы не дай бог не споткнуться.
Террористом осталось только разобраться с топографией театра. Как позднее единодушно утверждали сотрудники театра, чеченцы хорошо ориентировались только в той его части, которая была доступна публике, то есть в холле, буфете, туалетах и зрительном зале. Остальная часть здания им практически не была известна. Они понятия не имели, что находится за сценой, где расположены гримерки артистов, как передвигаться в подвальных помещениях и как попасть в другую часть Дома культуры. У них не было плана здания, и они ничего не знали об обслуживании театрального оборудования. Они прошлись по коридорам, идущим вдоль сцены в служебные помещения, в сторону гримуборных. На втором этаже выбили стекло в дверях, ведущих в левую часть здания. По ходу вылавливали людей, большинство из которых и представления не имело о том, что в двух шагах от них в руках террористов уже несколько минут находятся семьсот человек.
Больше всего не повезло музыкантам, которые с самого начала поняли, что происходит в театре. Ведь Ясир стрелял буквально над их головами. Судьба, правда, пыталась им помочь, давала шанс спастись, но воспользовался этим только один человек. Да и то совершенно случайно.
Ясир, согнавший актеров со сцены, не заметил, что в оркестровой яме есть люди. Может, он их и видел, но в тот момент ему было не важно, убегут ли они. В первые минуты важнейшей заботой террористов было взять под контроль зрительный зал. Там сидело достаточно заложников, остальные могли и удирать. А когда еще на сцене появился Чкалов в белом мундире, чеченцам было не до того, чтобы следить за оркестровой ямой. Поэтому музыканты спокойно вышли через дверь под сценой прямо в коридор, который являлся частью подземной системы коммуникаций. Другой конец коридора находился под зрительным залом и тонул во мраке. Там начинался лабиринт подземных коридоров, тянущихся под всем зданием Дома культуры.
На выходе из оркестровой ямы музыканты натолкнулись на электрика Василия Рузаева, который посоветовал им держаться подальше от служебного входа с тыльной стороны здания - там стреляли. Техник предложил им идти с ним в противоположную сторону, в глубь подвальных помещений, где, правда, темно, сыро и неприятно, зато уж точно безопасно. Музыканты отказались. Решили спрятаться в своих комнатушках под сценой. Рузаев махнул рукой и вместе со своим помощником исчез за поворотом коридора.
Только один из музыкантов, Михаил, не пошел с коллегами, а двинулся вслед за Рузаевым - он просто хотел спокойно покурить. Выбрал темный конец коридора, к тому же встал за углом стены. И это его спасло. Только он затянулся дымом сигареты, как в коридоре появились два чеченских разведчика, которым было поручено проверить эту часть здания. Они не тратили сил на поиск проходов, просто соскочили в оркестровую яму и пошли тем же путем, которым несколько минут назад прошел оркестр. Без особых хлопот обнаружили укрывшихся в своих гардеробных музыкантов и загнали их обратно в оркестровую яму. Там велели соорудить двухметровую пирамиду из столов и стульев и по ней перебраться в зрительный зал. Таким вот образом оркестранты стали заложниками. Был среди них и Федор Храмцов.
Позднее, во время штурма, оркестр понес тяжелые потери -восемь музыкантов из тридцати погибло под воздействием газа.