— А-а-а-а!
Кувшин в ответ отозвался:
— А-а-а-а!
Дедушка и продавец посмотрели друг на друга.
— Что же, выходит, и наше «а-а-а-а» переводится на английский язык, как «а-а-а-а»? — спросил продавца дедушка.
— Получается, так, — подтвердил продавец.
Дедушка почесал в затылке.
— То есть вы хотите сказать, что знаете по-английски? — напрямик спросил дедушка продавца. — И даже можете на этом языке разговаривать?
— Должно быть, могу, — не стал отпираться продавец.
— Тогда скажите что-нибудь! — попросил дедушка.
Продавец больше часа произносил в кувшин разные длинные английские фразы и выражения. Кувшин в ответ безразлично молчал.
— Точно, «сделано в Англии»! — согласился наконец дедушка. — Он молчит! У вас, любезный, неважное произношение, и этот кувшин просто ничего не понимает!
Лунёв
Когда в 7 «Б» выбирали Королеву Красоты, вдруг со своего места поднялся Лунёв, показал классу кулак, и Королевой тут же стала Светочка Козлова.
После уроков Света догнала Лунёва уже на улице и прямо спросила:
— Ты меня любишь, что ли, Лунёв?
— Дура, — не повернув головы и продолжая свой путь, отвечал Лунёв. — Пусть тебя другие любят, для них и стараюсь.
Какое-то время Королева Красоты шла рядом с Лунёвым молча, обдумывая его слова, а затем поинтересовалась:
— А зачем это тебе надо, Лунёв, чтобы другие меня любили?
— Завоёвываю поддержку мужской половины класса, — обдуманно и взвешенно сообщил Светочке Лунёв. — Пусть они тебя, дурищу, любят. А кто из тебя человека сделал? Лунёв!
— Не человека пока. Только Королеву Красоты! — ничуть не обидевшись на Лунёва, поправила его Светочка. — Слушай, а внимание и поддержка женской половины класса тебя не интересуют?
— Уже, — коротко буркнул Лунёв и выразительно похлопал себя по карману. — Здесь!
— Вот как?! — подняла бровки Королева Красоты.
— Они же видят, что я тебя, куклу разрисованную, в грош не ставлю, — деловито объяснил Лунёв. — Ты для меня — полный нуль. Вот для смеху в королевы тебя и выпихнул…
— Так-так, — прикусила губку Светочка Козлова. — Слушай, а зачем тебе всё это надо, Лунатик?
— Тоже мне, Принцесса Вселенной! — закончил мысль Лунёв. — Семенишь за мной вприпрыжку, гордости никакой!
— Ладно, — решила испить горькую чашу до конца Королева Красоты Козлова. — И дальше что?
— Дальше старосту класса поменяю, — не задумываясь, продолжал Лунёв. — Лёху Молочкова скинем, будет Колька Огородников.