Сегодня он так же мало знал свою жену, как и в тот первый вечер, когда, разговаривая с Грейнджером, поднял глаза и увидел ее в проёме двери в алом платье. Она была для него загадкой, тайной, вооруженной шипами. Иногда он задумывался, а стоит ли вообще разгадывать эту тайну.
Но она была его женой.
И он был влюблен в нее, даже если она ему и не нравилась.
Он оттолкнулся плечом от дерева и последовал за ней.
Глава 12
Элен отошла не слишком далеко, но дерево, к которому она прислонилась, скрывало ее от посторонних глаз почти наполовину. Она смотрела прямо перед собой и не перевела глаза на Эдгара, когда тот появился в поле ее зрения. Тогда он встал прямо перед ней, положил одну руку на ствол рядом с ее головой, и подождал, когда ее взгляд целиком сосредоточится на нем.
– Устала? – спросил он.
– Нет.
– Это была долгая прогулка для тебя, – сказал он, – к тому же тебе пришлось поддерживать беседу с новым тестем.
– Ты хочешь сделать из меня беззащитную фиалку? – усмехнулась она. – Не получится. Тебе следовало жениться на какой-нибудь юной девственнице.
– Ты хорошо обращаешься с детьми, – заявил он.
– Вздор! – Ее ответ прозвучал неожиданно резко. – Я их терпеть не могу.
– Малыш Гринвалд был один рядом с тем старым деревом, – добавил он. – Он чувствовал себя покинутым, если ты не заметила. Ты сделала его счастливым.
– О, это так легко – сделать ребёнка счастливым, – нетерпеливо воскликнула она, – и как утомительно для взрослого человека.
– Ты выглядела довольной, – возразил он.
– Эдгар. – Она посмотрела ему в глаза. – Ты хотел бы полностью владеть моим телом и душой, не так ли? Это у тебя в крови – желание контролировать все, что находится в твоей власти. Ты владел моим телом, и я собираюсь и дальше позволять тебе это, хотя и решила сегодня утром напомнить о твоем обещании и воззвать к твоей чести, чтобы ты сдержал слово. Но, чёрт побери, у нас общая кровать, и я не в силах отказаться от доступного мужчины. Владеть моей душой ты не будешь. Ты можешь пытаться провоцировать меня столько, сколько хочешь, но ничего не добьешься. Будь благодарен, что я не позволяю тебе влезть в мою душу.
Ее слова причинили ему боль. Частично из-за того, что она пренебрежительно отозвалась о нём, как о доступном мужчине, – впрочем, это было вполне в ее духе. Куда сильнее Эдгара задело то, что Элен твердо решила не впускать его в свою жизнь. Она отдавала только тело, но не душу. Более чем когда-либо она казалась ему незнакомкой, – незнакомкой, которую нелегко было полюбить. Но он страстно желал узнать ее ближе и полюбить.
– Неужели твоя душа столь ужасна? – спросил он.
Она улыбнулась и сняла с рук перчатки, чтобы опереться ладонями о его грудь.
– Ты не представляешь, как привлекательно ты выглядишь в этом пальто с капюшоном, – сказала она, – и с этим суровым выражением лица. Ты выглядишь так, словно можешь удержать весь мир на своих плечах, Эдгар, и решить все земные проблемы.
– Возможно, – отозвался он, – я мог бы помочь решить твои проблемы, если бы ты поделилась ими со мной, Элен.
Она засмеялась.
– Ну, хорошо, – воскликнула она, – тогда помоги мне справиться с одной из них. Как мне убедить сильного, властного, нахмуренного мужчину поцеловать меня?
Он пытался поймать ее взгляд, чувствуя одновременно разочарование и раздражение.
Она скорчила гримаску и одарила его одной из своих самых насмешливых улыбок.
– Ты предпочитаешь более сложные проблемы, Эдгар? – поинтересовалась она. – Или это значит, что ты не хочешь целовать меня? Как это ужасно унизительно.
Он поцеловал ее – жёстко, открытым ртом. Ее руки обхватили мужские плечи, она прижалась к нему плотнее, и на несколько мгновений страсть поглотила их целиком. Затем он опустил свои ладони на ее талию и отодвинул Элен назад к дереву, увеличивая расстояние между ними. На смену раздражению пришел гнев.
– Мне не нравится, когда мной играют, Элен, – заявил он, – мне не нравится, когда ты используешь меня в свое удовольствие для развлечения. И не надо соблазнять меня, чтобы таким образом сменить тему. Я не люблю, когда надо мной смеются.
– Ты очень глуп, Эдгар, – отозвалась она, – ты только что дал мне в руки превосходное оружие. Тебе не нравятся быть объектом насмешек? Я специалист по высмеиванию. Я не могу противиться вызову, который ты только что бросил мне.
– Ты так сильно меня ненавидишь? – спросил он.