Последний дар времени: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Он поднял свой бинокль и увидел несколько коричневых северных оленей. Несколько в стороне от оленей взгляд наткнулся на большую серую тень. Это был волк. Вскоре Грибердсон разглядел, что их не меньше дюжины.

Олени знали о присутствии волков, но продолжали щипать мох, время от времени поднимая головы, нюхая воздух и косясь на кравшихся в пятидесяти ярдах от них хищников. Несколько серых теней вдруг проскользнули за холмом и на мгновение оказавшись перед стадом, вновь скрылись из виду. Основная группа неторопливо направлялась к оленям. Те минуту помедлили, чтобы убедиться, что волки не остановятся, и вдруг, точно по приказу вожака, бросились прочь. Волки ринулись за ними, и, когда олени поравнялись с холмом, шестеро хищников выскочили из укрытия. Одна олениха споткнулась, и тут же в нее вцепился волк, довершить начатое ему помогли несколько серых коллег. Стадо мчалось дальше, еще один олень поскользнулся. Прежде чем он смог приподняться, двое волков вцепились ему в ноги. Сородичи подоспели вовремя. Олень был обречен. И на этом охота прекратилась.

Грибердсон смотрел на происходящее с нарастающим интересом. Опустив бинокль, он произнес:

— Подумать только, в наше время волки остались лишь в зоопарках и маленьких заповедниках, а ведь в их власти был целый мир. Их здесь миллионы, наверное.

— Порой мне кажется, что вы зоолог, — сказала Речел.

Он повернулся и посмотрел вниз, на долину, где они видели человека. Тот давно скрылся за камнем, и Грибердсон напрасно пытался обнаружить его в бинокль, когда они взошли на вершину холма. Теперь человек увидел, что пришельцы покинули корабль, и рискнул приблизиться к нему.

— Любопытство губит не только кошек, — сказал Грибердсон, заметив туземца, дом которого мог находиться как поблизости, так и далеко отсюда.

Они занялись сбором образцов почвы, растений и горных пород, и сделали несколько снимков. Когда работа была закончена, Грибердсон предложил спуститься к кораблю, оставить образцы, запастись продуктами и подарками и пойти в долину на поиски человеческого жилья.

Группа начала спуск. Незнакомец приблизился к кораблю на сотню ярдов, но увидев, что они возвращаются, тут же нырнул за валун. Он оставался там до той минуты, когда Грибердсон открыл люк. Тогда он поднялся и, пригибаясь, перебежал за камень поближе. Драммонд Силверстейн успел заснять его на видео.

Путешественники уложили ранцы. Грибердсон взял скорострельный автомат пятисотого калибра, фон Биллман и Драммонд — ружья, стрелявшие ампулами со снотворным. Речел — автоматическое ружье тридцатого калибра. У каждого в кобуре на поясе был автоматический пистолет, а в ранцах — осколочные и газовые гранаты.

Они двинулись по долине и вышли к небольшому ручью, который спускался вниз к реке. Некоторое время они шли по течению ручья. Туземец держался на четверть мили впереди. Пройдя две мили, путешественники решили взобраться на обрыв, заинтересовавший их окнами пещер и карнизами перед ними, которые, как оказалось, носили явные следы пребывания людей. Повсюду валялись кости, осколки кремня и кремнистого известняка, щепки и обрывки шкур.

Затем путешественники наткнулись на пещеру, от которой исходило такое зловоние, будто в ней обосновались гиены. Речел сказала, что позже собирается обследовать ее и узнать, что гиены едят и чем занимаются в свободное от работы время. Она бросила в отверстие несколько камней, но лишь звук их падения нарушил черную тишину пещеры.

Группа прошла еще пять миль, прежде чем увидела жилье. Здесь долина расширялась, и к обрыву, который начинался далее, приткнулось стойбище. Женщин и детей видно не было, но двенадцать мужчин, полностью вооруженных, занимали оборону на кромке обрыва.

Прежде чем отдать приказ подниматься, Грибердсон оглянулся. Возможно, не все взрослые мужчины находились в поселении, часть ушла на охоту, и ему не хотелось, чтобы их атаковали с тыла.

Человек, которого они увидели первым, предупредил сородичей и теперь стоял среди них, потрясая копьем и выкрикивая что-то в сторону пришельцев.

Грибердсон включил мегафон на груди и велел остальным держаться в ста футах позади. Он смотрел на крупные валуны, выстроенные в ряд на вершине обрыва, и готов был прыгнуть в сторону, если один из них полетит вниз. Но камни не двигались, не было их и у подножия холма. Это позволяло допустить, что они и раньше не падали.

Его интересовало, о чем думают туземцы. К ним, двенадцати воинам, защищавшим свой дом, приближались всего трое мужчин и одна женщина. Но в то же время сами по себе пришельцы, должно быть, выглядели для аборигенов очень необычно. Все в них должно было казаться дикарям удивительным: одежда, зловещее оружие, гладко выбритые лица. А больше всего, наверное, завораживала решимость, с которой они медленно приближались к численно превосходившим их защитникам стойбища.

За плечами Грибердсона был опыт долгого общения с дикарями. Он был на много лет старше, чем казался, и помнил те времена, когда в Азии и Африке встречались племена, имевшие слабое представление о цивилизации. Именно этот опыт придавал ему решимости. Он понимал, что эти люди не горят желанием сразиться с неизвестным врагом. Остальные из его группы не могли похвастаться опытом личных отношений с примитивными племенами.

Они родились слишком поздно для этого. Дикари либо вымерли к тому времени, либо стали жить в городах. Лишь очень немногие остались в резервациях, но по сравнению со своими предками были слишком цивилизованы.

Все же туземцы представляли собой реальную опасность. Наверняка им приходилось уже сталкиваться с врагами — другими первобытными людьми или грозными животными, на которых они охотились — мамонтами, носорогами, пещерными медведями или пещерными львами.

Грибердсон медленно приближался не сводя глаз с нацеленных на него копий. Он остановился и заговорил в мегафон. При первых же словах, прозвучавших, как удар грома, туземцы прекратили кричать и махать копьями. Даже отсюда было видно, как они побледнели.

Джон выхватил ракетницу и выстрелил в небо. Зеленая ракета поднялась на двести футов, потом медленно снизилась и в пятидесяти футах над землей с треском разорвалась. Воины стояли безмолвно. Возможно они хотели бы убежать, но это означало оставить на милость победителей женщин и детей. На это они не могли пойти. Грибердсон в душе одобрил их поведение. Испытывая огромный ужас перед злым волшебником, они нашли мужество отстаивать свою землю.

Улыбаясь, он поднял обе руки. Автомат висел у него за плечами.

От группы воинов отделился и вышел ему навстречу высокий крепкий мужчина с темно-рыжими волосами. В правой руке он держал большой каменный топор с толстым топорищем, в левой — копье. Ростом он почти не уступал Грибердсону. В нескольких футах позади него держался человек с каштановыми волосами, по следу которого они шли.

Англичанин вновь заговорил, его голос, усиленный мегафоном, остановил начавших было приближаться темно-рыжего и его спутника. Но Грибердсон не переставал улыбаться. Он отключил громкоговоритель, сделав это как можно медленнее, чтобы не встревожить их, и опустил руку. Затем он вновь поднял руку в приветственном жесте и заговорил с аборигенами без применения технических средств, зная по опыту, что это более верный способ найти общий язык с теми, кого цивилизация еще не коснулась своей заботливой рукой. Глаза парламентеров при этом широко раскрылись: видимо не каждый день в окрестностях их селения появлялись люди, способные так ощутимо менять свой голос. Но несмотря на свой страх, они, видимо, догадались, что изменение громкости звука — дружественный знак.

Грибердсон медленно поднимался, пока не оказался в десяти футах от дикарей. Отсюда ему было видно, как они дрожат. Но дрожь эта была вызвана не перспективой битвы, а лишь страхом перед неизвестностью.

Грибердсон заговорил и одновременно попытался знаками пояснять свои слова. Он использовал язык жестов бушменов Калахари. Не будучи уверен, что туземцы имеют собственный язык жестов и смогут ответить ему, он хотел использовать все возможные средства, чтобы убедить их в его мирных намерениях.

Он говорил, что они пришли из дальних мест, принесли дары и хотят дружбы. Вождь наконец улыбнулся и опустил оружие, хотя все еще сохранял дистанцию. Второй тоже улыбнулся. Вождь обернулся, не переставая коситься на Грибердсона, и закричал воинам. Затем он пригласил Грибердсона и его спутников следовать за ним, и на вершине холма воины взяли в кольцо всех четверых.

В лицах и движениях воинов уже не было ничего угрожающего. Теперь путешественники смогли увидеть большое стойбище, укрытое под массивным известняковым карнизом. Северная сторона прикрывалась стеной из крупных камней, уложенных друг на друга. Такая же стена поднималась с востока. В поселении было около тридцати вигвамов из шкур на деревянных шестах. Грибердсон насчитал тридцать взрослых женщин, десять подростков-девушек, шесть мальчиков и тридцать восемь совсем маленьких детей.

Позже, когда вернулись охотники, он пересчитал и мужчин, их было двадцать четыре человека.