Она боялась предстоящей ночи и хотела, чтобы поскорее пришла служанка, но вместо этого распахнулась дверь и, не постучавшись, вошел Грей. Он окинул взглядом комнату и нахмурился, будто только что понял, где находится.
— Ты не можешь здесь оставаться, пока комнату не переделают. Спальня принадлежала Джиллиан, а у тебя нет с ней ничего общего.
Он сказал это так, будто умышленно нанес сильное оскорбление. Сердце у Корри заныло еще сильнее, но подбородок вздернулся вверх.
— Меня привела сюда экономка. Но она не виновата, — торопливо объяснила она. — Она хотела угодить вам.
Он удивленно приподнял бровь:
— Уж не думаешь ли ты, что я ее побью за такую ошибку? Значит, вот ты какого обо мне мнения?
Корри нервно глотнула воздух.
— Раньше ты был другим. А теперь я не знаю, какой ты на самом деле.
— Но я тоже не знаю женщину, на которой женился. Но сегодня, возможно, мы сумеем отчасти изменить ситуацию. — Он бросил взгляд на дверь, ведущую в его спальню. — Можешь переделывать эту комнату по своему усмотрению. А пока останешься в моей комнате.
— Мне… нужна возможность уединиться и служанка, которую ты обещал. Надеюсь, я не требую слишком многого?
Его губы тронула суровая улыбка.
— Сегодня я сам помогу тебе вместо горничной. А потом найду какую-нибудь служанку. — Он протянул руку. — Иди сюда. Пора ложиться в постель.
Она не могла двинуться с места. Ее ноги словно приросли к полу. Она смотрела на него, пытаясь сдержать дрожь. Но врать она больше не хотела, поэтому сказала чистую правду:
— Я боюсь, Грей. Раньше я доверяла тебе, но теперь… — Она посмотрела в сторону, стараясь не заплакать. Она никогда не была трусихой, но сейчас совсем утратила присутствие духа.
— Пропади все пропадом, — произнес он и, шагнув к ней, подхватил ее на руки. Перенеся ее через порог в свою комнату, Грей поставил ее перед туалетным столиком и принялся вынимать из ее волос шпильки.
Не проронив ни слова, он расстегнул пуговицы на спине ее платья и помог ей снять юбки. Она осталась в корсете, панталонах и чулках, а Грей был все еще в черных брюках и белой сорочке, которые были на нем надеты во время церемонии. Фрак и жилет он уже снял, его черные волосы были слегка взлохмачены ветром, и она подумала, что он похож на разбойника, укравшего ее сердце.
Он наклонился и поцеловал ее в шею. И Корри начала дрожать. Это было какое-то безумие. Ведь она уже не была девицей. Грей сказал, что не причинит ей боли, однако…
Она любила негодяя, который лишил ее девственности в ту ночь, когда была гроза. А сейчас с ней был другой человек. Она закрыла глаза, и по ее щекам потекли слезы. Заметив это, Грей поднял голову.
— В чем дело, Корали? Ты больше не девственница, и тебе не будет больно.
Собравшись с духом, она сказала:
— Дело в том, что ты не тот. Ты хотел Летти. А я хочу того мужчину, каким ты был раньше. — Она хохотнула каким-то истерическим смехом.
Его черные глаза пристально взглянули на нее. Он пробормотал какое-то ругательство, которого она не расслышала, и отошел к сервировочному столику, стоявшему возле стены. Несколько мгновений спустя он вернулся с маленьким стаканом вина.
— Выпей это. В Индии это называют «божественным эликсиром». Это смесь сухих трав, которую добавляют в вино, чтобы помочь человеку расслабиться.
Она взглянула на него снизу вверх, и он взял в ладони ее лицо. Это был первый ласковый жест по отношению к ней с того утра, когда он узнал, кто она такая на самом деле.
— Тебе от этого не будет вреда. Даю слово.
Она с подозрением взглянула на него:
— Слово солдата или джентльмена?
Его губы дрогнули, будто в броне, которой он отгородился от внешнего мира, появилась пробоина.
— Слово солдата, — сказал он, и она выпила до дна слегка горьковатую жидкость.
Бог свидетель, он имел искреннее намерение наказать ее за ложь и те неприятности, которые она ему причинила. Но когда она смотрела на него своими прелестными зелеными глазами, полными слез, а нежные губы дрожали, он мог думать лишь о том, как безумно хочет ее.