И демон отомстил за его родителей, очень болезненным способом.
— Какими были твои родители, конечно если ты не возражаешь, что я спрашиваю? — спросила Харпер.
— Конечно, не возражаю. Они были идеалистами. Не всегда основывались на реальности. Им не нравилось, кем они были. Не то чтобы они стыдились быть архидемонами, им не нравилось жить жизнью, в которой приходилось скрывать от друзей свою сущность. Моя мама любила готовить, но не очень вкусно. Отец любил создавать вещи. Он был полон идей, но так и не смог закончить проект, который начал, так как ему приказал лидер.
Моя мама любила готовить, но не очень вкусно. Отец любил создавать вещи. Он был полон идей, но таки не смог закончить проект, который начал, так как ему приказал лидер.
Тогда они очень отличались от Нокса. Он доводил вещи до конца.
— Не думаю, что специально подвели тебя, Нокс. Не думаю, что хотели обидеть.
— Их намерения были хорошими, когда они создали группу. — По этой причине, он смог простить их за ошибки. Но Люциан? Его мотивы всегда были эгоистичны, и Нокс никогда не сделает скидку на это.
— Возможно это глупый вопрос, — начала Харпер, — но ты помнишь что-нибудь о рождении из пламени?
— Нет, не помню. Я лишь помню то, как был ребенком.
— Расскажи мне немного о доме, в котором ты рос. — Он лишь расплывчато рассказывал о нем, единственное, что она знала, что это то место, где он встретился с его стражами.
— Ни хорошее, ни плохое. — Но, по крайней мере, там он был в безопасности. — Было холодно. Тускло. Там не было никаких цветов. Все было простым, включаю еду. Сотрудники были строгими, но они должны были быть таким, потому что только так могли справиться с демонами-сиротами. Мне нравилась библиотека. Я практически все время проводил там, впитывая каждую частицу знаний, которые только мог найти.
— Это здание еще существует?
— Да. Теперь это отель.
— Ты выкупил его, — догадалась она.
— Кто-то должен был спасти его.
Как будто он спас его, подумала Харпер. Лед звякнул о стекло, когда она отпила содовой.
— Что объединяет тебя и стражей?
Нокс на мгновение задумался.
— Ярость, возможно.
Харпер не ожидала услышать такой ответ.
— Ярость?
— Каждый из нас испытывает ее, по разным причинам. Айла тоже ее ощущала.
— Как там ни было — мне жаль, что Айла поставила тебя в такое положение, что тебе пришлось убить ее — она была твоим другом и поэтому где-то в глубине души тебе это причиняет боль.
Нокс посмотрел на свою анкор, поражаясь, что она могла испытывать такие чувства к человеку, который желал ей смерти, лишил на некоторое время сил, и тем самым сделал уязвимой для темных практиков, которые в итоге похитили Харпер.
Та ночь для нее стала кошмарной и Харпер все еще могла произносить имя Айлы без гнева.
— Иди сюда.
Харпер встала со своего шезлонга и оседлала Нокса.
— Что?
Он погладили ее по спине, вдыхая запах кокосового солнцезащитного крема.
— Очень хорошо, что я был первым демоном, который обладал тобой. Не только потому, что мне бы пришлось выследить и уничтожить других, но если бы другой демон взял тебя, то уже никогда бы не отпустил. Тогда бы мне пришлось бы убить его, чтобы забрать тебя себе.