Царевна Кутафья страшно перепугалась. К ней никого не допускали, а тут вдруг человеческий голос.
— Это я, твоя сестренка Горошинка.
— У меня нет никакой сестрицы…
— А я-то на что?
Горошинка рассказала о себе всё, и сестры поцеловались. Теперь обе плакали от радости и не могли наговориться. Прекрасная царевна Кутафья смущалась только одним: именно, что маленькая сестренка Горошинка умеет превращаться в муху. Значит, она колдунья, а все колдуньи злые.
— Нет, я не колдунья, — объясняла обиженная Горошинка. — А только заколдована кем-то, и на мне положен какой-то зарок, а какой зарок — никто не знает. Что-то я должна сделать, чтобы превратиться в обыкновенную девушку, а что — не знаю.
Прекрасная царевна Кутафья рассказала о всех своих злоключениях: как она жалела отца, который сделался злым, а потом, сколько горя из-за нее терпит теперь всё гороховое царство. А чем она виновата, что король Косарь непременно хочет жениться на ней? Он даже и не видал ее ни разу.
— А тебе он нравится, сестрица? — лукаво спросила Горошинка.
Прекрасная царевна Кутафья только опустила глаза и покраснела.
— Раньше нравился… — объяснила она со смущением. — А теперь я его не люблю. Он — злой…
— Хорошо. Понимаю. Ну, утро вечера мудренее…
VII
Всё гороховое царство было встревожено. Во-первых, царевич Орлик попался в плен злому королю Косарю, а во-вторых, исчезла из башни прекрасная царевна Кутафья. Отворили утром тюремщики дверь в комнату царевны Кутафьи, а ее и след простыл. Еще больше удивились они, когда увидели, что у окошка сидит другая девица, сидит и не шелохнется.
— Ты как сюда попала? — удивились тюремщики.
— А так… Вот пришла и сижу.
И девица какая-то особенная — горбатая да рябая, а на самой надето платьишко худенькое, всё в заплатах. Пришли тюремщики в ужас:
— Что ты наделала-то, умница? Ведь расказнит нас славный царь Горох, что не уберегли мы прекрасной царевны Кутафьи…
Побежали во дворец и объявили всё. Прибежал в башню сам славный царь Горох — так бежал, что и шапку дорогой потерял.
— Всех казню! — кричал он.
— Царь-государь, смилуйся! — вопили тюремщики, валяясь у него в ногах. Что хочешь делай, а мы не виноваты. Видно, посмеялась над нами, бедными, прекрасная царевна Кутафья…
Посмотрел славный царь Горох на рябую девицу, которая как ни в чем не бывало сидела у окошка, и подивился не меньше тюремщиков.
— Да ты откуда взялась-то, красота писаная? — строго спросил он.
— А так… Где была, там ничего не осталось.
Удивляется славный царь Горох, что так смело отвечает ему рябая девица и нисколько его не боится.
— А ну-ка, повернись… — сказал он удивляясь.
Как поднялась девица, все увидели, что она хромая, а платьишко на ней едва держится — заплата на заплате. "Этакую ворону и казнить даже не стоит", подумал славный царь Горох. Собрались тюремщики, тоже смотрят и тоже дивуются.
— Как тебя звать-то, красавица? — спросил царь Горох.
— А как нравится, так и зови… Прежде звали Босоножкой.
— А ты меня не боишься?
— Чего мне тебя бояться, когда ты добрый… Так и все говорят: какой у нас добрый царь Горох!