Пожалел хозяина Шарик, подошел к нему, приласкался.
— Ах, это ты, Шарик!..
Обнял столяр Шарика и еще больше заплакал.
— Тошно мне, Шарик!.. Не стало хозяйки, и ничего не стало. Дом совсем пустой стоит… Ах, нехорошо… А ведь все было, Шарик!.. Дом стоял, как полная чаша.
Что мог сказать Шарик? Он только повилял своим пушистым хвостом, лизнул хозяйскую руку и жалобно взвизгнул.
— Тоска меня съела, Шарик… Ничего мне не нужно, ничего не жаль… Работа из рук валится.
Подошли к крылечку козел и петух. Козел улегся на ступеньке, а петух стал на одну ногу и слушал.
— А, это вы!.. — удивлялся столяр. — Отчего вы не убежали?
— Вот тоже придумал! — рассердился козел, мотая бородой.
— Куда это мы пойдем? Я не согласен…
— Где твои куры? — спрашивает столяр петуха.
— С голоду разбежались по соседям, хозяин, — отвечал петух, переступая на другую ногу. — Что же им было тут делать? Даже мыши и те ушли…
— И вы уходите, все уходите, никого мне не нужно! — говорил столяр, закрывая лицо руками. — Кончено все!..
— Ну, это мы еще посмотрим… — ответил петух. — Ты знаешь, что я шутить не люблю. Куда мы пойдем?
— Я тоже не согласен… — подтвердил козел.
III
Дела у столяра шли хуже и хуже… Он сам видел, что плохо, и ничего не мог поделать. Раньше он уходил из дому по вечерам, а теперь начал пропадать по целым дням. Тяжело было возвращаться в пустой дом. Чтобы не покупать дров, столяр сначала сжег амбар, потом конюшню, потом ворота, потом забор кругом двора. Избушка теперь стояла на пустыре.
— Что же, я могу жить под крыльцом, — говорил козел. — Шарик, ты немного потеснишься, а вдвоем нам будет теплее.
Шарик не спорил. Отчего же и не потесниться для друга?.. Петух устроился под крышей и тоже не унывал. Что же, можно жить, если бы хозяин еще давал каждый день хоть одну горсточку овса. Иногда вечером все собирались около крыльца и рассуждали о своих делах.
— Нет ничего лучше молочка, — говорил кот Васька, усаживаясь на крылечке.
— Что молочко, а вот если бы, например, овес или крупа, это будет лучше, — спорил петух.
— Пустяки вы говорите, — уверял Шарик, — уж если что действительно хорошо, так это косточки… Сколько я на своем веку съел костей и знаю толк в еде! Да…
— Хорошо и сенца пожевать… — вставил свое слово козел. — Когда лошадь да корова были, так я до отвалу наедался. Бывало, ночью встанешь и ешь… Вы глупы и не знаете толку в хорошем сене.
Раньше они любили поговорить о своем хозяине и часто его бранили; а теперь нечего было даже говорить. Когда он появлялся домой, каждый старался не попадаться ему на глаза. Приходил столяр обыкновенно сердитый, и лучше было с ним не встречаться. Утром проснется, с похмелья — еще сердитее. Раз чуть не переломал ноги Шарику камнем, так что верный пес озлился и оскалил зубы.
— Да ты, кажется, с ума сошел? — ворчал Шарик, поджав хвост. — Этак можно и совсем убить…
— А ты у меня поговори!.. Ох, не смотрел бы я на вас!.. Без вас тошно…
— Сам виноват, зачем не работаешь?.. Зачем пьянствуешь?
— Ты меня учить? Да я тебя разорву… Без вас знаю, что делать.
Чтобы доказать свою правду, столяр схватил палку и запустил ею в Шарика. Бедная собака едва успела унести ноги.
— Я вам покажу, какой я человек! — вскричал столяр. — Ну, пью, ну, не работаю и никого знать не хочу…