— Хм, никак жениться собрался? — произнес он с такой подозрительной кротостью и так долго кивал, что у Энтони стало тяжело на душе. Не зная еще намерений деда, он все же полагал, что большая часть денег должна достаться ему. Конечно, крупные суммы пойдут на благотворительность, не менее крупные — на поддержание рефоматорства.
— А работать ты собираешься?
— Ну, — замялся Энтони, несколько обескураженный, — я, в общем-то, работаю. Вы же знаете…
— Э… я имею в виду настоящую работу, — проговорил бесстрастно Адам Пэтч.
— Я еще не решил, что буду делать. А потом, я ведь не совсем нищий, дедушка, — сказал он даже с чувством.
Старик обдумал это, не поднимая полуопущенных век, потом, почти примирительно, спросил:
— Сколько у тебя остается в год?
— Ничего. До сих пор не оставалось…
— Значит, ухитряясь проживать все деньги в одиночку, ты решил, что каким-то чудом вы и вдвоем сможете на них существовать.
— У Глории есть какие-то свои деньги. Достаточно, чтоб одеваться.
— Сколько?
Не принимая во внимание неуместность вопроса, Энтони ответил:
— Около сотни в месяц.
— То есть, всего примерно семь тысяч пятьсот в год, — молвил дед и вкрадчиво добавил. — Это немало. Если у тебя есть хоть капля здравого смысла, этого вполне достаточно. Вопрос в том — есть ли она, эта капля?
— Я полагаю, что есть. — Энтони было стыдно, что приходится терпеть эту святошескую надменность старика, поэтому следующие слова он произнес более твердо, даже не без тщеславия. — У меня все будет в порядке. А вы, мне кажется, убеждены, что я совсем никчемный человек. Во всяком случае, я приехал сюда только сообщить вам, что в июне женюсь. До свидания, сэр.
С этими словами он повернулся и направился к двери, не подозревая, что именно в этот момент впервые понравился деду.
— Подожди, — позвал Адам Пэтч. — Я хочу с тобой поговорить.
Энтони обернулся.
— Что вам угодно, сэр?
— Присядь. Вечер еще длинный.
Несколько смягчившись, Энтони вернулся на место.
— Мне очень жаль, сэр, но вечером у меня встреча с Глорией.
— Как ее зовут?
— Глория Гилберт.
— Она из Нью-Йорка? Одна из твоих знакомых?
— Со Среднего Запада.
— Чем занимается ее отец?
— Служит в целлулоидной корпорации, или тресте, в общем, что-то вроде того. Они из Канзас-сити.
— Вы собираетесь устраивать свадьбу там?
— Конечно нет, сэр. Мы думали, лучше в Нью-Йорке, небольшую, скромную.