— Ну хорошо, вы мне сказали что щеголь должен был встретиться с умницей. Это было неправдой. Вместо щеголя я нашла разстригу.
— Но ведь вас беспокоил не щеголь, а умница.
Не умница а щеголь. И вы не должны были быть утром с умницей, щеголь.
— Я совершенно не знаю, должен был я или нет. Я ничего не знаю.
— Вы, швея, послали меня к умнице и заставили потом сидеть в лесу. Здесь я дождалась вашей жены, которая повезла меня домой к себе завтракать. Но прождав ее тщетно, я ее не дождалась. Куда она исчезла, я не знаю. Так же как вы не знаете, куда делся мой муж. Я подозреваю вас, швея.
— В чем. Вы с ума сошли путать меня во все эти истории.
— Это вы путаетесь во все эти истории. Щеголь принадлежит мне, а не вам.
— Нет мне.
Щеголь смотрел взглядом и был совершенно растерян. Столько времени умел он лавировать между людьми и людоедами, мужчинами и женщинами и все сходило благополучно. Неужели на этот раз не сойдет благополучно.
Кем пожертвовать из двух? Швеей? Нет. Лебядью? Нет. Если подумать о воле мужей, то оба мужа были против него. Который был опаснее. Он ничего не мог решить. Может быть просто уехать. Это самое лучшее решение вопроса и оставить женщин возить эту нить нескончаемых разговоров и запутывания, распутывания и нового запутывания. Ведь все равно никогда не дойдут до конца, потому что нельзя ни развязать, ни разрубить и ничего вообще никак и никакими силами не поделаешь.
Бежать.
Но лебядь наступала.
Прекрасно. Вы меня обманывали, вы надо мной смеялись, вы за моей спиной дружили со швеей. Я не хочу мешать ни вашему миру, ни вашему счастью. Но раньше чем уехать отсюда, я прошу у вас ответа на один вопрос — где мой
Не знаю, я же рассказал вам все как было.
Я хочу знать почему он и куда отсюда уехал.
Но я же не знаю
В таком случае мы спросим привратника. Он то ведь скажет нам.
Это излишне, вставила швея
Что
— Спрашивать привратника
— Почему
— Я могу вам все сказать сама
— Вы
— Да, я уехала с вашим мужем отсюда, встретив его когда он приехав с вами, щеголь, отводил свою машину
— Вы
— Вы
— Вы
— Вы
Щеголь не переменил положения. Но он почувствовал, что оставаясь на том же месте он вдруг стал из основания треугольника его стороной, а основанием стала швея.
Ах вот что, вскричала лебядь, ну теперь мне все ясно. И вы еще хотели меня укорить в чем то. Вы, которая заварив всю эту кашу, не только заигрываете и отнимаете у меня друга, но и отнимаете у меня мужа. И пока мы сидим здесь и я спрашиваю вашего друга, куда он дел моего мужа, вы все отлично знали и будучи виновницей молчите, ничего не говорите, как будто так и надо. Ну, право, это меня даже удивляет откуда у вас столько мужества!