– Мне звонил ее агент, – сказала Мелани. – Она стремилась к этой роли.
– Верно, – подтвердил Мэттью, всегда готовый принять участие в разговоре. – Я помню.
– Может, ей просто нравится кто-нибудь из труппы? – предположила я.
Все крепко задумались над такой гипотезой.
– Лизандр очень симпатичный. Если кому нравятся рыжие, – заметила я.
– Симпатичный, правда? – практически хором согласились Софи и Салли.
– Мне нравятся его веснушки, – добавила Софи. – Интересно, он их подкрашивает?
– За такой мальчик, которые играй эльфы, можно умирай, – признался Салли.
– Вряд ли они могли заинтересовать Фиалку, – возразил Мэттью. – Не сомневаюсь, Фиалке нравятся либо богатые, либо влиятельные, а лучше сразу и то и другое. – Его голос звучал мечтательно.
– Сексуальная одержимость, – важно сказала я, – чувство глубокое и непостижимое.
– В отличие от задницы Салли, – вставил Хьюго, догнав нас и ловко ущипнув Салли за задницу.
Похоже, этот прием он хорошо отрепетировал. В другой руке он держал бледно-голубую сигарету «Собрание».
– Я думай, это очень правильно, – вздохнул Салли. – Если я тебя правильно понимай.
– Непостижимый, – объяснила я, – это значит непонятный, когда невозможно добраться до чьей-нибудь основы.
– Уверяй тебя, мои чувства как раз такой, – заметил Салли. – Можно попроси у тебя сигаретку, Хьюго? Они такой миленький.
– Бледно-желтую или пастельно-розовую? – спросил Хьюго, протягивая Салли серебряный портсигар. – Должен сказать, – с довольным видом добавил он, – мне не терпится увидеть лицо миляги Билла в тот момент, когда мы появимся с этими сигаретами. Старый оголтелый реакционер!
– Ненавидит все, что связано с Танбридж-Уэллз[24], – предположила я.
– Наверняка. Здорово. – Хьюго оценил мою догадку и выпустил кольцо дыма в направлении Хэмстеда. – Я так и буду его называть. В лицо, разумеется, он останется Малышом Билли.
– Хьюго… – грозно начала Мелани, но улыбаться не перестала.
– Не беспокойтесь, о повелительница, – беспечно успокоил ее Хьюго.
– Я уверена, что все будет хорошо, – вмешалась я. – Представить себе не могу, что Хьюго способен нанести какой-либо ущерб Основе Билла.
Через несколько дней Салли зашел ко мне помочь погрузить инструменты в грузовик и отвезти их в театр. Он сообщил, что Фиалка Трэнтер так и не объявилась и даже не позвонила; ее агент озадачен не меньше других.
– А ее друзьям звонить не пробовали? – спросила я.
Салли пожал изящными плечами.
– Знаешь, Фиалка нелегко заводи друзей. У нее нет даже светский подружка, у которых можно спрашивай, где она.
– Похоже, у барышни мужские замашки.
– Al massimo[25]. У нее только друзья-педики, такие, знаешь, мутный, не пойми, то ли педики, то ли просто англичане, – задумчиво сказал Салли. – Иногда мне казайся, что это одно и то же… в любом случай, других друзья у нее нет. Но вряд ли они знай, где Фиалка.
– Может, Хьюго был прав? – предположила я. – Может, Фиалка действительно умерла еще до начала фильма? Лежит себе в постели, в пеньюаре из нежнейшего шифона, а в сердце торчит восточный кинжал… К ней домой никто не заходил?
– Агент заходи. Он сразу туда пойти, – оборвал Салли поток моего нездорового воображения. – У него, наверно, есть ключ. А может, спрашивай у соседей. Но в ванне трупа нету. Никаких кинжалов нету.
– И что теперь будет? – полюбопытствовала я.
[24] Аристократический курорт с минеральными источниками в графстве Кент. ВXVII –XVIII вв. его посещала королевская семья и дворянская знать.
[25] Здесь: еще бы (итал.).